Вдова-шпионка. Как работа в ЦРУ привела меня из джунглей Лаоса в московскую тюрьму

Пакет был упакован в полено, похожее на то, что мы раньше использовали в “Лесу”, но, к счастью, короче и тоньше. Как и в прошлый раз, я засунула его за ремень и придерживала рукой. Мне хотелось передать Тригону личное сообщение, нагрев полено теплом своего тела, ведь это был единственный доступный нам в ночи человеческий контакт. Таким образом я пыталась компенсировать безличный характер наших обменов. Под свободным дождевиком полена не было видно.

Тем вечером Тригон не проехал мимо меня на машине с Хвостатой. В парке вообще не было машин. Я пошла среди деревьев и скоро поравнялась с кустом, под которым пряталась несколько месяцев назад. Из-за дождя все было иначе. Монотонный шум существенно ограничивал слышимость — я не могла понять, не прячется ли кто-то рядом. Я всегда прислушивалась к шорохам: хрусту ломаемых веток, шуршанию листвы, — которые могли оповестить меня о присутствии другого человека. Остановившись на темной тропинке, я пыталась убедить себя, что в парке никого нет. Я также понимала, что пришла позже обычного. Мне нужно было оставить полено и выйти из парка, чтобы не столкнуться с Тригоном. Мне не хотелось, чтобы он прервал операцию из-за меня.

Я позволила полену соскользнуть вниз по ноге. Оно приземлилось в тени за фонарным столбом. Не теряя времени, я вышла из парка, перешла широкий проспект и затерялась в квартале огромных многоподъездных жилых домов, где мне предстояло провести целый час, прежде чем вернуться на объект. На каждом повороте, шагая среди домов, я убеждалась, что за мной не следят. Дождь не переставал. Немного успокоившись во время прогулки, я пошла обратно на объект. Возможно, Тригон просто переживал тяжелый период, но теперь снова поверил в себя и решил доставить нам пакет.

В назначенный час я вошла в парк и медленно пошла по знакомой дорожке. Затем я увидела то, от чего остановилась на полушаге. Вспомнив шпионскую подготовку, мой мозг забил тревогу. Под фонарем на другой стороне дороги стоял небольшой советский фургон. У меня перехватило дыхание. Я осмотрела дорожку, ожидая увидеть спрятавшихся в тени людей. Стоя в темноте, я смотрела на фургон из-под мокрых ветвей кустов и деревьев. Его передние стекла запотели, в кабине горел свет. Вот бы у меня, как у Супервумен, была возможность видеть фургон насквозь!

К счастью для меня, дождь почти перестал, и мне стало лучше слышно, что происходит вокруг. Ни возле фургона, ни на дорожке никого не было видно. Я медленно, с опаской пошла по дорожке, мимо фургона и нужного фонаря, не отваживаясь приблизиться к объекту. Оставаясь в тени, я решила, что пройду дальше и подожду немного, а затем вернусь, чтобы проверить, уехал ли фургон. Я не собиралась подходить к фонарю, не удостоверившись в собственной безопасности. Невероятно встревоженная, я гадала, откуда взялся фургон и сумел ли Тригон забрать полено и сделать новую закладку. Я никогда прежде не видела, чтобы на этой дороге останавливался фургон или любой другой автомобиль. Было сложно поверить, что фургон случайно оказался здесь именно в тот вечер, на который был назначен обмен с Тригоном.

Я дошла до пересечения с другой дорожкой и, ужаснувшись, отпрянула, потому что едва не столкнулась с высоким мужчиной, в руке у которого был фонарик размером с бейсбольную биту. Судя по его реакции, он тоже искренне удивился, увидев меня. На нем был длинный черный плащ и фуражка, на которую был надет чехол от дождя. Не встречаясь взглядами, мы пошли каждый в своем направлении: я — дальше в парк, а он — на дорогу. Долгое время я целенаправленно шагала вперед, не осмеливаясь оглянуться. Наконец решив остановиться, я спряталась за крупным кустом в стороне от дорожки, опасаясь, что он пойдет искать меня с фонарем.

Сердце громко колотилось у меня в груди. Навострив уши, я вглядывалась в темноту. Было тихо, как на кладбище, и лишь последние капли дождя еще падали на землю. Минута за минутой прошло полчаса. Я наконец решила осторожно перейти дорогу и пойти обратно по тропинке под деревьями, тянувшейся по другой стороне. Крадучись, я добралась до того места, где, по моим оценкам, был припаркован фургон, и вздохнула с облегчением. Фургон уехал. Я снова осталась одна.

Ощущая мощный прилив адреналина, я нашла в себе силы перейти на другую сторону и подойти к знакомому столбу. Полено лежало нетронутое. Слегка наклонившись, я подняла его. Не сбавляя шага, я пошла по дорожке к выходу из парка, на ходу размещая полено под дождевиком. Забрав свой пакет, я пала духом. Тем вечером Тригон не появился на объекте, что делало присутствие фургона и мужчины в плаще поистине недобрым знаком. В шпионаже совпадений не бывает.