Великая война на Кавказском фронте. 1914-1917 гг.

Но с 1896 г. положение начало меняться; в названном году, под влиянием нескольких членов бывшего в Лондоне заграничного комитета армянских революционеров, прибывших в Битлисский район, группа местных армян произвела внезапное нападение на курдов. Конечно, курды не остались в долгу и в ближайшее время, в том же году, в свою очередь напали на армянские села и вырезали также их много. Началась кровная вражда… Турецкое правительство вначале не вмешивалось в эту распрю, но впоследствии, под давлением великих держав, должно было заняться этим вопросом. В вопрос ворвалась политика и обострила взаимоотношения между правящим мусульманским миром и христианскими подданными. Создался армянский вопрос. В целях исторической правды необходимо отметить, что, если с этого времени турецкое правительство иной раз проявляло в отношении армян несправедливость и порой жестокость, то в то же время оно проявляло чисто восточную лукавую политику и в отношении курдов. В целях полного подчинения полунезависимых больших племен курдов, управляемых несколькими старыми и очень влиятельными родами, почти что не считавшимися с турецким правительством, последнее несколько раз под разными предлогами заманивало в Константинополь того или другого главу племени и расправлялось с оставшимися без вождя по-своему.

Армяне не отбывали воинской повинности натурой, а вносили налог в 45 лир.

Курды же образовывали свои отдельные конные полки нерегулярной конницы (бывшие гамидие, а ныне ихтиат).

Особые условия описываемого театра военных действий накладывали особый же отпечаток на характер военных действий. Чрезвычайно гористый и пересеченный характер местности при почти полном отсутствии колесных путей сообщений затруднял действия войск в больших массах, повышал значение самодеятельности небольших начальников, заставляя их всегда быть готовыми к проявлению личной инициативы, почему требовал от них отличного понимания общей обстановки. Это обстоятельство указывало на необходимость особо отличного воспитания в известном духе и войск и начальников, что исторически производилось в Кавказской армии.

Эта же гористая и пересеченная местность чрезвычайно затрудняла связь между частями, отрядами и направлениями, снабжение действующих войск огнестрельными припасами, продовольствием и эвакуацию раненых и больных в тыл. Названные обстоятельства требовали не только проявления довольствующими органами исключительной энергии работы, но и умения широко использовать местные средства, особенно фуражные, трудные к перевозке, а также создавать ближний тыл и своевременно закладывать новые передовые магазины. Суровый климат с очень снежными зимами еще более затруднял и связь, и снабжение, и само передвижение войск. Действия зимой становились еще труднее. Громадное значение приобретало умение занять выигрышное положение на командующих высотах, что требовало от войск подвижности, а от начальников всех степеней способности к маневру. Значение маневра не только повышалось, но становилось вопросом бытия. Маневр требовал активности, и вся тактика и стратегия должна была быть проникнутой идеей активности, т.е. наступательной тенденцией и способностью сохранять за собой инициативу. Непомерно широкий фронт, совершенно не соответствующий сосредоточенным на названном театре силам, у обеих сторон еще более усиливал значение самодеятельности и маневра.

ГЛАВА 3

Планы войны России и Турции; силы и средства сторон: Кавказская армия, Турецкая армия; изучение Кавказско-Турецкого передового театра; неблагоприятные обстоятельства, при которых пришлось вступить в войну Кавказской армии; развертывание армий: Кавказской и Турецкой.

Русский план войны с Турцией на Кавказско-Турецком театре военных действий предусматривал три варианта обстановки, при которой могла начаться война с Турцией, и в соответствии с ней ставились цели действий и указывались силы для выполнения поставленных задач.

1-й вариант рассматривал тот случай, когда Россия, не ведя борьбы ни с одним из государств, начинает войну лишь с Турцией. В этом случае предполагалось Кавказскую армию, состоявшую в мирное время из трех корпусов, усилить на 4–5 корпусов, таким образом доведя состав армии до 7–8 корпусов. При этом, конечно, ясно было, что в случае требования обстановки, армия могла бы быть еще более усилена.

В соответствии с предоставляемыми средствами и задача Кавказской армии ставилась решительно активная, с чисто наступательным планом войны.