Великие империи Древней Руси

Вот тут-то каганат и нанес удар исподтишка. На расслабившихся русичей была брошена хорезмийская гвардия. Причем каганат выставил дело так, будто инициатива исходила от гвардейцев — мол, захотели отомстить за закавказских мусульман-единоверцев, попросили разрешения Беньямина. И он разрешил. Нет, так не получается. Хорезмийцев было вчетверо меньше, чем русов. А случилась не только резня спящих и пьющих. Окруженные русичи сопротивлялись три дня. Значит, операция была тщательно организована и спланирована, мобилизовано и вооружено ополчение горожан, подтянуты дополнительные силы. Ясно также, что каганат успел заключить союзы с гузами, буртасами и волжскими болгарами. В результате трехдневного побоища 30 тыс. витязей было истреблено. Некоторые сумели прорваться, бежали по Волге и были добиты буртасами и болгарами. Выходит, они были предупреждены, ждали. И в том же 913 г. хазары вместе с гузами нанесли удар печенегам, кочующим в волго-уральских степях, разбили их и снова прогнал на запад [56].

Почему же Русь не ответила, не отомстила за случившееся? А она в это же время распалась. Смею предположить, сие тоже было подготовлено заранее. Мир с каганатом был заключен в 907–908 гг. Как выше отмечалось, восстановилась торговля. Значит, хазарские купцы были допущены во владения Руси, открыли свои конторы и представительства в землях разных славянских народов. И имели достаточно времени для подрывной работы. Летописи сообщают, что Игорь Рюрикович в 914 г. подавлял бунт древлян. Но в будущем ему и другим князьям пришлось заново подчинять другие племена, входившие в державу Олега. Можно понять так, что древлян Игорю удалось усмирить, а остальных… В любом случае для того, чтобы отпасть, самым удобным временем были 913–914 гг. Вещего Олега не стало, армия уничтожена, на престоле неопытный молодой человек. Наверное, и какие-то обиды к варяжским правителям успели появиться. И на национальных противоречиях сыграть можно было. И подогреть сепаратизм. Отложились уличи, тиверцы, северяне, радимичи, дулебы, хорваты.

О том, что в процессе распада приняли деятельное участие хазары, говорит факт, что радимичи и северяне вскоре снова оказались под властью каганата. И теперь-то их, конечно, покоряли не военными операциями. А пообещали покровительство, защиту. Снизили дань — вместо «шеляга с плуга» стали брать по «беле веверице с дыма», то есть по беличьей шкурке с хозяйства. Совсем не высокий налог. Но… около 916 г. появляется известие, что сын «царя сакалиба» находится в заложниках хазарского царя, а дочери отправлены в его гарем. Очевидно, имеются в виду дети князя северян или радимичей. А Муромом хазары расплатились с союзной Волжской Болгарией. Тоже до поры до времени.

Печенеги, загнанные обратно в Причерноморье, составили для киевских князей дополнительную проблему. В 915 г. летописи зафиксировали их приход на Русь. Игорь вывел войско. Но дружеские отношения еще не забылись, заключили мир и разошлись без боя. Печенеги заселили прежние владения мадьяр — четыре клана обосновались в степях западнее Днепра, четыре — восточнее.

Политические хитросплетения в Причерноморье во многом определялись продолжающейся болгарско-византийской войной. Симеон наносил грекам поражение за поражением. Захватил Адрианополь, почти всю Фракию. В 917 г. армия Льва Фоки и флот Романа Лакапина выступили к устью Дуная — в сражении на р. Ахелон возле Месемврии болгары разгромили их. И 70 лет спустя Лев Диакон видел здесь груды костей «постыдно перерезанного ромейского войска». Потом последовало поражение византийцев при Катасиртахе вблизи самого Константинополя. Симеон провозглашал себя «царем болгар и ромеев», добился признания независимой Болгарской патриархии в Охриде.

Коррумпированное правительство Зои Карбонопси при юном Константине VII Багрянородном и без того было непопулярно. В результате военных неудач его вообще возненавидели. И корону начали мысленно примерять на себя ромейские полководцы. Но при этом враждовали и друг с другом. И когда положение Константина стало совсем шатким, советники подсказали ему, что надо добровольно поддаться кому-то из военачальников. Иначе все равно свергнут. Выбирали по принципу наименьшего из зол. Дескать, Лев Фока очень знатного происхождения, его любят войска и народ, и он запросто отправит на свалку самого Константина. А вот позиции Романа Лакапина слабее, он не обойдется без «легитимной» поддержки, и с ним можно договориться.