Великие князья Владимирские и Владимиро-Московские. Великие и удельные князья Северной Руси в татарский период с 1238 по 1505 г.

Но всего более Ивана Васильевича заботили дела литовские. Отношения с литовским князем, только раздражавшим великого князя Московского своими придирками, явно клонились к разрыву. В Москву стали приходить вести, что православие в Литве начинают теснить, православных принуждают к латинству: в 1500 г. пришло известие, что Александр вопреки договору принуждает супругу принять католичество. Великий князь отправил к Александру посла с требованием, чтобы относительно закона он оставил Елену в покое. Конечно, литовский князь отрицал взводимое на него обвинение; сама Елена даже писала отцу, что она живет с супругом в мире и согласии и ничего не терпит в деле вероисповедания. Но Иван Васильевич получал об этом известия и с другой стороны: так, в том же 1500 г. князь Семен Иванович Бельский прислал Ивану Васильевичу челобитье о принятии на службу, потому что в Литве «пришла великая нужа о греческом законе»; при этом Бельский сообщал, что и дочь его Елену принуждают к католичеству. Бельский принят был, и по этому делу Александр прислал в Москву запрос, на который Иван Васильевич отвечал, что «взял князя Семена и с вотчиною тое для нужа, что их нудит [Александр] приступите к римскому закону»; при этом великий князь приказал сказать Александру, чтобы он не принуждал к латинству не только Елену, но и всех, исповедующих греческий закон, — в противном случае он всех будет принимать к себе и стоять за них. По той же причине в том же 1500 г. к великому князю перешли в подданство князь Семен Иванович Можайский и князь Василий Иванович Шемякин, из которых первый владел Черниговом, Стародубом, Гомелем и Любечем, а второй — Рыльском и Новгородом-Северским. Иван Васильевич принял их и послал к литовскому князю Телешева объявить об этом и сказать, чтобы он не вступал в отчины этих князей; в то же время Телешев должен был вручить Александру разметную грамоту. Таким образом, между Москвой и Литвой произошел полный разрыв. Хотя Александр прислал в Москву посла для переговоров, но наши войска под предводительством бывшего царя Казанского уже вступили в Литву и брали города: Мценск и Серпейск сдались добровольно; затем взят был Брянск, епископ и наместник брянские отправлены были в Москву. Семен Можайский и Василий Шемякин Ивановичи встретились с московскими полками, присягнули великому князю и начали действовать вместе с москвичами; к ним присоединились князья Трубчевские. Воевода Яков Захарьевич вскоре взял Путивль, пленил там князя Богдана Глинского с женой и занял всю Литовскую Русь от Калужской и Тульской губерний до Киевской; другой боярин, Юрий Захарьевич, вошел в Смоленскую землю и взял Дорогобуж. Против русских выступил с литовцами известный князь Константин Острожский. Иван Васильевич прислал в Дорогобуж князя Даниила Щеню с тверской силой, приказав предводительствовать большим полком, а Юрию Захарьевичу — сторожевым; последний оскорбился, не желая быть в зависимости от князя Даниила, но Иван Васильевич уладил это дело. Оба воеводы остановились на берегу Ведроши близ Дорогобужа; 14 июля произошла кровопролитная битва, долго исход ее казался сомнительным: и та и другая сторона держались крепко; наконец, тайная засада, устроенная московскими воеводами, решила битву: литовцы обратились в бегство; тысяч восемь легло их на месте, многие утонули в реке; Константин Острожский с некоторыми знатными панами попал в плен. 17 июля великий князь получил известие об этой победе от гонца Михаила Андреевича Плещеева, «и бысть тогда радость велика на Москве». Князя Острожского угрозами заставили присягнуть на подданство великому князю Московскому; воеводы были обласканы великим князем. В то же время новгородские, псковские и великолуцкие полки под началом (только номинальным) племянников великого князя Ивана и Федора Борисовичей Волоцких разбили литовцев близ Ловати и взяли Торопец. Ивану Васильевичу хотелось завершить победы над литовцами взятием Смоленска: два раза он посылал под Смоленск сына своего Димитрия (в 1500 и 1502 гг.), но походы были неудачны[487].