Великий йог Тибета Миларепа

«Почтение Твоим стопам, о благородный Марпа.Пусть по Твоей милости я освобожусь отпривязанности к мирской жизни.О вы, несчастные,Кто стремится к преходящим вещам.Чем сильнее мое горе, тем больше я думаю о вас.Чем сильнее моя печаль, тем больше я сочувствую вашей.Мы крутимся, вертимся, пока не попадаем в ад.Для тех, чья карма разъедает сердце печалью,Преданность Истине — лучшее лекарство.Владыко Дордже-Чанг, Ты неизменный,Благослови меня, нищенствующего, на жизнь водиночестве по Твоей милости.Гостящим в этом мире,Хотя и иллюзорном и преходящем,Тяжело на сердце от печалей.На моих пастбищах, где паслись мои овцы, козы и коровы,Среди живописной природы Гунгтханга,Обитают сейчас злые духи.И это свидетельство иллюзорности бытияПобуждает меня предаться медитации.Мой дом, Четыре Колонны и Восемь Столбов, изрядно отстроенный,Стал похож на челюсть льва.Четырехугольная башня с восемью шпицами, увенчанными крышей,Сейчас похожа на ослиные уши.И это также есть свидетельство иллюзорности бытия,Побуждающее меня предаться медитации.Мое плодородное поле «Треугольник Вормы»Заросло бурьяном и травой.Мои двоюродные братья, мои родственники,Готовы сейчас как враги подняться против меня.И даже это свидетельствует об иллюзорности бытияИ побуждает меня предаваться медитации.Мой благородный отец Мила-Шаргьял[181]Ушел из этого мира, не оставив следа.Моя любимая и любящая мать Ньянг-Ца-КаргьенПревратилась в груду побелевших костей.И это также есть свидетельство иллюзорности бытия,Побуждающее меня предаться медитации.Мой домашний духовник и учитель Кунчог-ЛхабумСейчас прислуживает кому-то.Мои священные книги, сокровищница Закона,Служили гнездами для крыс и птиц.И даже это есть свидетельство иллюзорности бытия,Побуждающее меня предаться медитации.Мой родственник и сосед, дядя Юнг-гьял,Сейчас на стороне моих врагов.Моя единственная сестра Пета-Ген-КьитУшла побираться, и никто не знает, где она.И это также есть свидетельство иллюзорности бытия,Побуждающее меня предаться медитации.О Милосердный, Ты неизменный,Благослови меня на жизнь в отшельничестве».

Когда я закончил петь эту печальную песню, мой хозяин со вздохом промолвил: «Ты полностью прав». А его жена не могла сдержать слез. При виде моего развалившегося дома я был настолько потрясен, что сразу принял решение стать отшельником и в глубине сердца продолжал повторять об этом снова и снова. И поэтому у меня нет оснований жалеть о том, что я медитировал и жил религиозной жизнью и не тратил время на приобретение материальных благ».

Это пятое приносящее заслугу деяние, совершенное Миларепой в то время, когда он был подвигнут описанными здесь печальными событиями к беззаветному служению религии.

ГЛАВА X. ЖИЗНЬ В ОТШЕЛЬНИЧЕСТВЕ