Великий Мао. «Гений и злодейство»

Мао Цзэдун любил книги: исторические сочинения, классическую литературу Китая, любил стихи древних китайских поэтов. Цзян Цин упрятала подальше все книги иностранных авторов в переводе на китайский язык, которые она привезла с собой из Шанхая. В пещеру к Мао Цзэдуну она взяла лишь свой граммофон. Пластинки допускались только одного плана: арии из пекинских опер. Цзян Цин любила безделушки и побрякушки, но тут ей все это пришлось бросить. Цзян Цин при знакомстве с Мао Цзэдуном, конечно же, произвела впечатление своими чудесными длинными волосами. Сойдясь с ним, она укоротила волосы. Она перестала щеголять даже в праздничных случаях в старинной китайской женской одежде – в длинных платьях с высоким разрезом вдоль ног сбоку. Она обрядилась в серую армейскую форму и даже стала носить обмотки. При гостях, при иностранцах, она помалкивала в присутствии Мао Цзэдуна, только подливала чай, подносила орешки, выпивку, улыбалась гостям, при встрече и прощании пожимала им руки. Она умела создать о себе впечатление в Яньани как о «новой хорошей жене председателя». Все это пришлось по нраву Мао Цзэдуну.

В 1940 г. Цзян Цин родила дочь. Она не стала кормить девочку грудью, стремясь как можно быстрее восстановить и сохранить фигуру и свою привлекательность для Мао Цзэдуна. К ребенку тут же была приставлена кормилица.

В дальнейшем были еще беременности. Говорили также и о том, что Цзян Цин родила Мао Цзэдуну еще одного ребенка и тоже девочку, которая вскоре умерла. Но это только слухи. Первая дочь Мао Цзэдуна и Цзян Цин так и осталась их единственным ребенком; как говорили в КНР, была их «любимым дитятком», «первой принцессой Красного Китая».

* * *

Уже через несколько лет совместной жизни с Цзян Цин Мао Цзэдун окончательно пришел к выводу, что поторопился и с этим сожительством, да и со своим четвертым браком. Он даже сетовал своим телохранителям в моменты, когда эти молодые деревенские парни успокаивали его перед сном с помощью оздоровительного массажа, на то, что Цзян Цин не любит его, а, вернее, любит не его, а лишь его положение, и говорил, что если бы она была просто прислугой, он давно уже выгнал бы ее.

Дальше – больше. Цзян Цин с ее неуживчивым, заносчивым характером все больше раздражала Мао Цзэдуна. Мы уже упоминали о том, что сначала он отказался питаться вместе с ней (два разных повара стали готовить для каждого из них пищу отдельно), а потом и делить с ней ложе. Уже в 1950-х гг. Мао Цзэдун и Цзян Цин были фактически если не в разводе, то в разъезде.

Мао Цзэдун компенсировал это испытанным методом – использовал прислуживавших ему женщин и девушек. Говорили, что если кто-либо из них не очень старался угодить ему, или у нее не все получалось так, как ему того хотелось бы, то Мао Цзэдун возмущался и сетовал: «Ну, не старается, не хочет приспособиться, не идет навстречу».

Мао Цзэдун, и живя с Цзян Цин, продолжал флиртовать с молодыми женщинами.

В 1945 г., несмотря на то что Цзян Цин специально (под тем предлогом, что ей было необходимо побывать у хорошего дантиста) прилетела в Чунцин (захватив с собой и дочь), где велись переговоры между КПК и Гоминьданом, Мао Цзэдун проявлял тогда в Чунцине интерес к Чжан Сушу – одной из дочерей известного политического деятеля Чжан Чжичжуна.

В 1948 году Мао Цзэдун флиртовал с Юй Шань, красивой молодой актрисой, которая, кстати сказать, приходилась сестрой бывшему мужу Цзян Цин Юй Цивэю.

Цзян Цин и сама, в частности во время традиционных танцевальных вечеров, подводила к мужу молодых партнерш на час. Она не любила только тех женщин, которые намеревались надолго завладеть вниманием и расположением Мао Цзэдуна.

Через несколько лет жизни с Мао Цзэдуном Цзян Цин стала прихварывать; у нее возникало состояние депрессии. В апреле 1949 г. Цзян Цин отправили в Москву лечиться от тонзиллита (ей удалили миндалины). После операции она восстанавливала силы под Москвой, кажется на одной из дач И.В. Сталина, а позже в Ялте. В СССР она провела полгода и возвратилась в Пекин только в ноябре. Отметим попутно, что Мао Цзэдун вскоре после возвращения Цзян Цинн, в свою очередь, уехал в Москву для встреч с И.В. Сталиным; очевидно, что Мао Цзэдун желал находиться в Советском Союзе без своей супруги.

* * *

В ходе подготовки к провозглашению КНР и непосредственно после нее Мао Цзэдун давал всем понять, что он разочарован браком с Цзян Цин. Проявляя озабоченность судьбой своей дочери от брака с Хэ Цзычжэнь, а также упорядочивая положение самой Хэ Цзычжэнь, Мао Цзэдун делал необходимые с его точки зрения политические жесты, безусловно, становившиеся известными участникам Великого похода, старшему поколению руководителей КПК. Не случайно именно в те дни Мао Цзэдун пригласил к себе в гости своего бывшего телохранителя Чэнь Чжанфэна, который охранял его и Хэ Цзычжэнь во время вышеупомянутого похода. Всеми этими шагами Мао Цзэдун стремился подкрепить свой авторитет.