Веселие Руси. XX век. Градус новейшей российской истории. От «пьяного бюджета» до «сухого закона»

В самом конце хрущевской «оттепели» в этом же статистическом ежегоднике появились сведения о производстве водки. Из них следовало, что в 1952 году страна выпускала 81, 1 млн декалитров этого стратегического продукта, а в 1958 году его производство достигло уже 145, 4 млн декалитров. В следующем году последовал спад, очевидно, связанный с ограничениями, о которых говорилось выше: в 1959 в продажу пошло только 137, 3 млн декалитров. Но затем отставание было успешно преодолено и отрасль вновь стала наращивать обороты: в 1961 году было выпущено 145, 7 млн декалитров; в 1962 году – уже 162 млн декалитров[717].

Очень возможно, что именно этот ударный рост был сочтен неудобным и несвоевременным – ведь только что, в 1961 году, была принята новая программа КПСС, и страна вступила в эпоху «развернутого строительства коммунизма». Ну и тем хуже для статистики – конкретные данные о потреблении самого популярного российского напитка исчезли сначала со страниц предназначенных для широкого читателя изданий[718], а с 1964 года – из статистических сборников «Народное хозяйство СССР». Отныне в них печатались только данные о производстве вина, которое тоже охотно потребляли советские граждане, тем более, что государство само же этому и способствовало.

Согласно статистическому ежегоднику за 1964 год, тогда в продажу поступило 127 млн декалитров виноградного вина (по сравнению с 77, 7 млн в 1960)[719]. Выходит, производство вин росло поистине ударными темпами – или напитки были не вполне виноградными. Последнее неудивительно: по более поздним сведениям, выпуском вин в СССР занимались на предприятиях многих ведомств, в том числе… Министерств черной металлургии, лесной и даже угольной промышленности. Проходившая в 1979 году проверка около 3000 винзаводов завершилась решением закрыть 519 из них по причине прямой опасности их продукции для потребителя. Но и она неизменно находила сбыт, поскольку системе отечественной торговли для выполнения плана было невыгодно продавать натуральные вина, в два раза уступавшие по цене забористым крепленым «портвейнам», не имевшим ничего общего с благородным заморским образцом.

По объявленным лишь в 1986 году данным, рост производства спиртного в СССР выглядел таким образом[720]:

Данные приведены только в десятилетнем интервале, и мы не можем точно сказать, на какой цифре остановился уверенный производственный рост винно-водочной продукции к концу хрущевской «оттепели».

К тому же даже относительно небольшое повышение цен и сокращение продажи спиртного вызвало проблемы у торговых организаций, руководствовавшихся жесткой директивой «Выполняйте план товарооборота!». В докладе от 28 марта 1960 года Центрального статистического управления СССР в Совет министров СССР об уровне и движении цен в 1959 году и недостатках в ценообразовании констатировалось: «В наибольших размерах в 1959 году снизились цены на виноградные и плодоягодные вина. Проведенное с 1 июля 1959 года снижение розничных цен явилось третьим массовым изменением государственных розничных цен на виноградные и плодоягодные вина за последние три года. В связи с повышением в 1956–1957 годах закупочных цен на виноград, обусловившим повышение себестоимости готовых вин, в апреле-октябре 1957 года Советами министров большинства союзных республик (кроме РСФСР, Белорусской ССР и Литовской ССР) были пересмотрены прейскуранты розничных цен на виноградные и плодоягодные вина в сторону их повышения. В прейскурантах розничных цен, введенных в действие со 2 января 1958 года, вновь были повышены цены на вина, главным образом, за счет повышения ставок налога с оборота. В результате в 1958 году государственные розничные цены на виноградные и плодоягодные вина повысились в целом по СССР по сравнению с 1957 годом на 19 % и по сравнению с 1956 годом – на 22 %». Далее говорилось о том, что повышение цен оказало неблагоприятное влияние на ход реализации вина, которое сократилось на 17 % в 1958 году по сравнению с 1957 годом. Значительная часть товарных ресурсов вина не была продана населению и отложилась в товарных запасах. Вследствие этого товарные запасы в розничной торговой сети в течение 1958 года возросли в 2, 2 раза.

В заключение следовал бодрый вывод: «Проведенное с 1 июля 1959 года снижение розничных цен на виноградные и плодоягодные вина и отмена сельской наценки на виноградные вина привели к значительному росту реализации вина и резкому сокращению товарных запасов»[721].

Таким образом, отсутствие обещанного товарного изобилия на советских прилавках делало абсолютно необходимым присутствие там же максимально доступного винно-водочного ассортимента – вопреки всем благонамеренным попыткам ограничить пьянство. Падение спроса заставило уже через год снизить цены на виноградные и плодово-ягодные вина на 20 %, что, по мнению изобретательных пропагандистов, непременно должно было способствовать «уменьшению употребления наиболее крепких спиртных напитков». Благодарное население тут же увеличило закупки винно-водочной продукции на 70 %[722].