Читаем Виктор Черномырдин: В харизме надо родиться полностью

Виктор Черномырдин: В харизме надо родиться

По части присвоения имени Черномырдин не только не отстает, но и очевидно опережает своих бывших коллег по правительству. Его имя присвоено школе, лицею, университету, заводу, теплоходу. И еще – его именем назван самый большой и мощный в мире неатомный ледокол.

У ледокола замысловатая история. Задумали строить его еще в 2011 году. На воду его хотели спустить в 2014 году, а полностью завершить строительство в 2015-м. Но что-то пошло не так. В 2013-м Балтийский завод и верфь Nordic Yards подписали контракт на изготовление надстройки для ЛК-25 (это модель ледокола). В контракте было прописано, что жилой блок массой около 2,5 тысяч тонн и стоимостью 1,5 млрд рублей должен быть построен на германском предприятии, а затем доставлен в Санкт-Петербург. Однако в проекте была найдена проблема недопустимого перевеса судна. Пришлось проект переделывать. Контракт был приостановлен, а потом разорван – после кризиса 2014 года стало выгоднее сделать надстройку в России.

В 2018 году ледокол был завершен почти на 93 %. Но 27 ноября на судне случился пожар – из-за взрыва горючих паров. В итоге огнем охватило 300 квадратных метров, а также пострадали третья и четвертая палубы. Убытки составили примерно 150 млн рублей. Из-за этого пожара сроки сдачи снова перенесли на 2019 год, но испытания так и не начались. В 2020 году ледокол сдали заказчику. Два года он болтался в Финском заливе. Долго не проходил ледовых испытаний – ссылались на отсутствие для них условий – соответствующей толщины льда. В мае 2022 года «Виктор Черномырдин» отправился на плановые ледовые испытания в Мурманск, а оттуда совершил переход в Карское море.

Дальнейшая судьба ледокола и сам смысл этого проекта стали предметом активного обсуждения. Судно такого класса портам Балтийского моря точно ни к чему. Но, как утверждают специалисты, для полноценной работы в Арктике ему не хватит автономности. Дизельные ледоколы работают там в основном на шельфовых месторождениях, где небольшие расстояния. Однако «Черномырдин» для небольших расстояний невыгоден – слишком мощный. Для линейной работы в Арктике его мощности недостаточно, а использовать его на коротких дистанциях – слишком дорого.

Как утверждают, проблема еще и в ведомственной рассогласованности. Ледокол принадлежит минтрансовскому Росморпорту, а в Арктике всеми ледокольными проводками занимается Росатом. Вполне возможно, что Росморпорт не видит смысла гнать судно в Баренцево море, если оно все равно не сможет никого взять под проводку по Северному морскому пути – там зона ответственности Росатома. А гонять только для испытаний – это очень большие деньги.

Судя по многочисленным фотографиям ледокола внутри и снаружи, судно действительно классное: здесь есть вертолетная площадка, самое современное техническое оснащение, бассейн, спортивный и тренажерный залы, замечательные каюты. Только вот как все это использовать?

Ледокол строили дольше, чем ЧВС был премьером. Первоначальная стоимость государственного контракта составила 7,95 млрд рублей. Строительство обошлось в 15 млрд. Почти в два раза больше.

Будь ЧВС жив, думаю, выдал бы по поводу этой истории свой очередной афоризм…