Виктор Цой и его КИНО

17 декабря

Иногда пишут:Снег Фонарики. Грустный автобус.В переулке одинокий пьяница.Дайте закурить! – он кричитВспугнув снежинки.Ай лав ю, майн либер ФрауПодводного теченияТак просто не увидишь,Если нет лингвистического чутья.А можно ли любить гениально?Сейчас ты надела халатГладишь кошкуВот ты куришьА я гляжу на твое фотоКак «молодой Вертер».Ты там – я тут.Между нами дома, леса,Деревни, заводы, троллейбусы,Электрички, а внутриКак семечки люди,И у каждого своя судьба.А вокруг нас галактики.Знаешь, как далеко до солнца?Знаешь, а однажды мы все умремИ сгнием.Ты наверное уже поужинала.Может… Снег Фонарики.Грустный автобус. Любить.Ты гладишь кошку и куришь.А пуговица на дубленке оторвалась.Видишь, я совсем не умею сочинятьСтихов.Я гляжу на твое фотоИ придумываю метафору:Любовь – скрипка,Я – ПаганиниИли ты… Или мыПьяный Паганини шел в переулке.Он крикнул, вспугнув снежинки;Дайте закурить! – Но в переулкеОдин грустный автобусОн любил – и был гений.Что бы еще сказать,Как бы еще сказать,Чтобы ты не устала?Прости, я плохой, я хромой.И однажды даже Я ходил на костылях.Я тебя разлюблю и брошуСяду на пенек и заплачуПотом пойду купатьсяПотом пойду за грибамиПойду к Фунту слушать рокЛягу спать, проснусь, схожу в сортирПочищу зубы, поем мясаНапишу роман, гдеБудут диалоги, картинки, стихи,Потоки сознания, последние известия,Идеи, катарсис, дзен.А потом получу гонорар.Куплю печатную машинку иКоньяк за 22 рубля.(Ты думаешь, что в конце концовя скажу что твои шаловливыеглазки не дают мне покоя.Но я намекну об этом лишь в скобках)Тут вот у меня телефон.Пепельница в виде сапога.Я ночной сторож.Сторожу заснеженный автобус.Высоко в небе летит самолетКстати, у тебя осталась моя зубная щетка.Это я к тому что зачесался зуб.На стене календарь.На фотке рядом с тобой Какой-то мальчикС комсомольскими значками.Я посмотрел на тебяИ совершенно никакого экстаза не испытал. Может ты и красотка – ну и чтоЯ – дырокол. Я – чайник.Я – настольная лампа.А люди кругом как семечки.

Так же набранный на печатной машинке текст. Найден среди черновиков Виктора Цоя. Называется «17 декабря». Жанр текста – нечто среднее между «потоком сознания» и «стихотворением в прозе». Многие, включая Наталию Разлогову, сомневаются, что это текст Виктора – в нем используются совершенно иные образы, очень не похожие на те, что он использовал в других текстах и песнях.