– Наоборот. Зря она это делает, ох, зря. Грипп – вирус серьёзный, опасней аденовируса, хотя они оба поселяются чаще всего в носу, горле. Но зато мы сейчас последуем за вирусом в клетку, для этого времяскок уменьшит нас ещё сильнее. Вперёд! То есть… внутрь!
– Дядя Кузя, мы сейчас будто в большом мыльном пузыре. Мы в одном, а вирус в соседнем, теперь он огромный, точнее мы теперь совсем маленькие.
– Это пузырьки из мембраны клетки, она нас с вирусом сама в них впустила.
– А зачем ей впускать вирус?
– Потому что он обманул её. Крючочки и шипы на вирусе будто ключи, а в мембране у клетки есть молекулы, которые для них – замочки. Эти молекулы нужны, чтобы клетка могла обмениваться с организмом веществами, то есть питаться и дышать, общаться с соседями, получать команды, а значит – жить и давать жизнь всему организму. Вирусы притворяются чем-то важным и полезным и так проникают в клетку. К одной из нужных клетке молекул мембраны и прикрепляется вирус гриппа. Да ты посмотри, как тут внутри клетки красиво.
– И правда, дядя Кузя. Мы будто в большом морском аквариуме. Вокруг всё в трубочках и лепёшках, похожих на кораллы. Жидкость вся переливается, в ней плавают шарики и фасолинки, всякие комочки и нити, будто паутинки.
– Да, это составные части клетки – органеллы. У каждой есть свои обязанности. Они дружно работают, создают нужные клеткам вещества, поддерживающие их жизнь.
– А что это за огромный глобус внизу? Похож на глобус Луны – весь в кратерах.
– Это не глобус, Чевостик. Это ядро клетки. У человека, животных, грибов и некоторых других организмов – мы с ними ещё сегодня встретимся – в глубине большинства клеток есть ядро, будто косточка у персика. Это центр управления клеткой, оттуда приходят сигналы, дающие команды этой жидкой фабрике. А то, что тебе показалось кратерами, – это поры, через которые сигналы входят и выходят.
– Кажется, нас с вирусом несёт к ядру.
– Да, вирусу только это и нужно. Посмотри, что происходит с его пузырём.
– Он разваливается! И вирус тоже разваливается, растворяется, как сахар! Из него вылетели какие-то кусочки серпантина. Так вот что у него внутри, будто у хлопушки. Наверное, у него не получилось навредить клетке.
Молекула – наименьшая частица вещества, способная существовать самостоятельно, сохраняющая его состав и химические свойства.
– Нет, всё идёт по его коварному плану. Этот серпантин – нити нуклеиновой кислоты. Но не путай её с такими кислотами, которыми можно обжечься. Нуклеиновые кислоты – это такие длиннющие молекулы, в них записаны самые разные команды, с помощью которых управляют клетками и целыми организмами. Можно сказать, что каждая молекула нуклеиновой кислоты – большая инструкция, записанная одной строчкой.
– Ничего себе! А откуда у вируса команды, которые управляют клеткой?
– У всех живых организмов имеются целые библиотеки таких инструкций. В тех клетках, где есть ядро, библиотеки находятся внутри него. Нуклеиновая значит ядерная. Отсюда и название таких кислот.
– Смотри, дядя Кузя, вирусные серпантинки просочились в ядро через поры. Мы за ними полезем?
– Давай здесь подождём продолжения, долго ждать не придётся.
– Дядя Кузя! Они выбираются из ядра. Их стало больше, намного больше! Откуда они взялись?
– Дело в том, что в ядре нуклеиновые кислоты не только хранятся и оттуда управляют клеткой, но там же клетка может их копировать. Это нужно, например, чтобы клетки могли делиться пополам, благодаря этому клеток в организме становится больше, и он растёт, а изношенные клетки заменяются новыми, молодыми и полными сил. Вот только вирус может заставить живые механизмы ядра копировать свои нуклеиновые кислоты, свои, как ты говоришь, серпантинки. Теперь клетка полна новёхонькими инструкциями для создания потомства того вируса гриппа, который ты нашёл.
– Значит, клетка – это и есть аквариум для вируса?
– Можно и так сказать, Чевостик. В клетке вирус живёт по-настоящему, не то что снаружи. Но его путь здесь ещё не закончен, давай поднимемся с вирусными серпантинками вверх, к мембране.
– Дядя Кузя, вокруг серпантинок будто сгущаются комки, это же капсиды – оболочки вирусов! Как их много, а в клетку попал только один.
– Всё верно. Вирусные серпантинки дают команды клетке собирать для себя новые оболочки и прячутся в них. Клетки начинают заниматься делами вируса вместо того, чтобы выполнять свою работу, истощаются и чахнут, но и это не конец беды. Смотри, что происходит с мембраной клетки.
– Она окружает капсиды пузырьками своей мембраны, вся будто кипит… И получаются целые вирусы гриппа. Вся мембрана клетки снаружи превращается в оболочки новеньких вирусов!
– Вот и конец нашей клетке, здесь больше делать нечего, поплывём с вирусами наружу.
– Тут всё изменилось. Реснички теперь будто на дне озера, а вокруг плавают целые стаи вирусов гриппа.
– Да, носу теперь понадобится большой носовой платок!