Конечно, пляжный отдых в «чистом виде» имел место в моей жизни. Но, если честно, я не помню, когда это было за последние 40 лет, только в далекой юности, да и то – не так чтобы я специально поехал с друзьями на юга просто полежать на пляже неделю – подобное вообще случилось, ну, может, раз в жизни. Обычно морской отдых у меня пересекался с музыкальной деятельностью. Так было, начиная с Анапы, с 1974-го года, когда мы со школьной группой летом провели там три месяца, потом последовали «Волшебные сумерки» и Алушта. Так что мы не специально туда приезжали, чтобы поваляться на пляже. Мы там, если можно так выразиться, работали, а к морю относились так: пойти, что ли, сегодня искупаться?– Да нет, неохота. Или, наоборот: а пойдем! Я считаю, что это все же не отдых как таковой и уж тем более не пляжный. Ну, или напротив: игра на гитаре – это тоже отдых, и тогда мы на море сутками напролет отдыхали!
Подводный мир мне нравился всегда. А что я мог видеть на эту тему в детстве? Была такая передача «Клуб кинопутешественников» и небольшое количество фильмов, например, «Последний дюйм» или «Человек-амфибия».
Конечно, очень нравилась! Я смотрел ее в той же передаче «Клуб кинопутешественников», там показывали фрагменты. Но это было уже чуть позже. Сама по себе «Одиссея» ведь очень длинная, команда фиксировала свои путешествия в подводном мире нашей планеты.
И эта передача была для меня чем-то запредельно интересным! Первый раз я увидел ее в цвете еще в начале 70-х, но и на черно-белом экране, хоть он и не позволял сполна оценить красоту подводного мира, все равно это завораживало. Тем более, Кусто – самый талантливый исследователь подводного мира, кстати, он же изобрел акваланг (от лат. aqua, вода + англ. lung, легкое = «Водяное легкое»).
И в зрелом возрасте я много раз пересматривал, как он и его команда бороздили моря и океаны, и всегда с большим интересом.
В общем, все, что было связано с темой людей под водой, подспудно меня привлекало. С детства я ездил на море. Однажды мама купила мне маску с трубкой. Плаваю я до сих пор не очень хорошо, а вот побарахтаться не над, а под водой и посмотреть, что там происходит, мне всегда было интересно. И в Анапе, в Алуште я тоже этим занимался.
А в 1997 году, как раз после записи видео «Сделано в России» в МДМ, мы встретились там с Сергеем Жуковым (это наш друг, переводчик-синхронист, работавший переводчиком в представительстве ООН в Нью-Йорке и в Женеве, о нем я рассказывал в 6-й главе), и он заявил мне:
– Ты знаешь, а я теперь дайвер!
– Как это? – не сразу понял я.
– Ну, аквалангист, ныряю под воду!
И начал мне очень живописно об этом рассказывать. Я был захвачен и поражен. Нет, конечно, и в Советском Союзе существовали акваланги АВМ (аппарат воздушный модернизированный), но я всегда был уверен – чтобы стать аквалангистом, водолазом, нужны серьезнейшая подготовка и очень много времени на обучение. И себя в качестве дайвера я никогда не рассматривал. Но Сергей объяснил мне, что уже существует такое оборудование, которое позволяет практически любому человеку заняться рекреационным дайвингом, т. е. погружениями под воду для отдыха и развлечения. Надо всего лишь пройти курсы, получить сертификат, и это занимает в среднем неделю. «О, – думаю, – неделю-то в своем графике я найду!».
– Я уже открываю магазин по продаже специального оборудования, – продолжал Сергей, – а мои друзья, профессиональные аквалангисты, создали дайвинг-клуб, вот ты как раз иди туда и получай сертификат!
И я прямо загорелся этим, все мои детские увлечения подводным миром сразу ожили. Как только у меня выдалось свободное время – и случилось это в январе 1998 года, – я пошел в дайвинг-клуб, который посоветовал мне Сергей. Он находился в Москве на улице Живописной, где был бассейн «Октябрь». Клуб назывался «Русский дайвинг», им руководили Роман Прохоров и Игорь Галайда, отличные ребята, дайверы-профессионалы. Я за неделю прошел у них курс обучения. Он был организован следующим образом: 2 часа теоретического материала, потом – 2 часа занятий в бассейне. И в таком ритме – в течение недели.