Виталий Дубинин. Это серьезно и несерьезно. Авторизованная биография бас-гитариста группы «Ария»

Принимающая сторона дала нам микроавтобус и обеспечивала наше питание в дни концертов, и, в принципе, по бэклайну[59] все было хорошо. Но поскольку никакой рекламы, кроме объявления на площадке, не было, все остальное зависело только от нас: сколько ты соберешь людей, как хорошо тебя знают – столько и заработаешь. Я помню, что у нас тогда были запланированы концерты в Берлине, Лейпциге, Магдебурге, еще где-то, в общей сложности концертов шесть-семь… Заканчивался наш тур выступлением в берлинском Hard Rock Cafe, а до этого были маленькие клубы, так называемые Kultur Fabrik. Помню, в одном из клубов зрителей пришло всего человек тридцать. После этого выступления нас там и оставили ночевать, в одном из помещений просто поставили пять раскладушек – мы тогда были только впятером, даже звукорежиссера брали в каждом клубе местного. А в городе Магдебурге наш немецкий тур-менеджер Берни, парень немного моложе нас, сообщил:

– Ребята, концерта не будет, так как не продано ни одного билета…

– Ну как так? – не согласились мы. – Давай мы уж отыграем, раз запланировано!

У нас была твердая установка: если концерт запланирован – он должен состояться и нам за него обязаны заплатить. Несмотря на то, что нам уже было сказано, мы все равно до конца не понимали и не верили, что, если нет продаж билетов, значит, не будет и денег, нам все казалось: мы-то готовы, мы сыграем, следовательно, и оплата будет!

Мы поиграли в том клубе с полчаса, нас в конце концов остановили, а денег за это выступление, как выяснилось позже, нам-таки не полагалось.

Наш первый опыт выступлений уже не в социалистической, а именно в капиталистической Германии запомнился еще и тем, что, в отличие от наших прошлых гастролей здесь практически не было рекламы, этим как-то некому было заниматься. До этого вопросы с рекламой и продажей билетов решались централизованно, через концертные организации. Сейчас же мы приехали, по сути, сами по себе, гастроли нам были организованы по просьбе Володи, просто «по дружбе», и оказалось, что до того, чтобы нас рекламировать, никому не было дела. Сложилось полное ощущение, что, если в 1988-м и 89-м мы были там интересны, то сейчас – практически нет. На клубах висели даже не афиши, а маленькие флаеры размером не больше А4. Мне ничего не известно о рекламе нас по радио или ТВ, но думаю, ее и не было. Соответственно, и народу на наши выступления приходило очень мало. В Hard Rock Cafe публики, правда, оказалось много, но там она в принципе всегда есть, так что, видимо, дело было не в «Арии». А так, если мы видели в клубе больше 50 человек, то уже считали, что концерт успешный. Да, зрители принимали нас хорошо, пытались нам подпевать, но какого-то ажиотажа не было и в помине.

На почве новой гастрольный реальности, в которую мы попали, в группе мало-помалу начались разброд и шатания, ропот в духе «А зачем нам вообще все это надо», «Раньше я здесь был и жил в нормальных гостиницах, мне платили суточные». В ответ на это Володя резонно отвечал: «Я ведь сразу предупреждал о том, что весь заработок здесь будет целиком зависеть от нас».

Но, видимо, до поездки это как-то не дошло до нас, казалось, что жить будем на гастролях, как раньше, а то, что заработали, получать сверх этого.

Кое-как мы доиграли все эти концерты в Германии. Кстати, я с собой взял штук 20 компакт-дисков из той партии, что купил у Moroz Records. И мне даже не пришлось искать, как и кому их продать, немцы в клубе сами подошли ко мне перед концертом и спрашивают:

– Скажите, а у вас есть диски с вашей музыкой?

– Есть! – с готовностью ответил я.

– А сколько вы за них хотите?

– А я не знаю… У вас как принято?

– У нас обычно по 25 марок продают диски.

– Отлично! – обрадовался я. – Берите!

Остальные музыканты, можно сказать, испепелили меня взглядами, в которых читалось: «Как же так? Он сейчас все продаст, а мы?!». Но ведь мы все находились в равных условиях, купить партию по оптовой цене было предложено каждому участнику группы…

В общем, к последнему концерту все мои диски были проданы, и я получил в сумме около 300 марок.

После заключительного концерта в Hard Rock Cafe Володя пошел к организаторам за расчетом и в целом – подвести итоги тура. Мы ждали его на той квартире, которую нам выделили для проживания.

Володя приходит и говорит:

– Ну, что я могу сказать… Прибыль на всех – 150 марок (может, это была чуть другая сумма, но не больше, это точно). Вот так.