Византия. Удивительная жизнь средневековой империи

Так изображения восточного императора и его супруги появились на стенах церкви в Равенне, хотя они оба никогда не были в Италии. Кто настоял на установке мозаичных панелей с их изображениями в Сан-Витале? Поскольку Юстиниан финансировал постройку и украшение церквей в самых разных частях империи, он вполне мог дать средства на завершение строительства и мозаику. Хотя, возможно, за это решение был ответственен торговец серебром Юлиан или епископ Максимиан. В любом случае панели уникальны – это единственное сохранившееся изображение византийских правителей VI в. в святилище у алтаря.

Портрет Феодоры вызвал много обсуждений. На нем она представлена в императорских одеждах, в пурпуре, который, как она заявляла, больше устраивал ее в качестве савана. На подоле изображены волхвы, приносящие дары младенцу Иисусу, на белой тунике – кайма золотая, красная и зеленая. На плечах – широкий жемчужный воротник, на голове корона, с которой на грудь свисают длинные жемчужные нити. В отличие от своих придворных дам, облаченных в яркие, бросающиеся в глаза одежды из шелка, красные туфли, ожерелья и головные уборы, у Феодоры скорее монументальный, чем человеческий вид. Некоторые историки искусств считают, что она приносит дар – большую чашу с монетами – к фонтану перед черным пространством, которое символизирует ее смерть. В любом случае эта серьезная императорская фигура передает высшую власть императрицы Феодоры, которая в молодости была цирковой артисткой. Она стоит перед своим супругом, изображенным в полном императорском облачении, в сопровождении епископа Максимиана, священнослужителей и стражников.

Ортодоксия продолжала процесс устранения из Равенны всех следов арианства. В 561 г. епископ Агнелл посвятил собор Теодориха, известный как «Золотые небеса», св. Мартину. Он заменил портрет правителя золотой мозаикой, изображавшей его самого и императора Юстиниана. Следы оригинальной арианской мозаики остались в дворцовой части – там отчетливо видны руки, которые когда-то были соединены с телами богов. В других местах сохранились изображения Теодориха, и они продолжают производить глубокое впечатление. Почти тремя веками позже церковный историк вознес хвалу мозаичному портрету остготского правителя, стоящего между фигурами, олицетворяющими Рим и Равенну, который украшал дворец в Павии в 830-х гг. Он также записал, что Карл Великий переместил конную статую Теодориха (коня из бронзы, покрытого сверкающим золотом) в свой дворец Ахен, где и сегодня можно увидеть эту скульптуру.

Кампании Юстиниана на западе не только обеспечили устранение проарианских сил, но также вернули под контроль империи два больших региона Северной Африки и Италии. К концу VI в. Константинополь назначил двух чиновников, названных экзархами, имевших неограниченные полномочия, а также сочетавших гражданскую и военную власть, управлять из Карфагена и Равенны. Этот отход от римской традиции разделять армию и администрацию говорит о значении, придаваемом вновь покоренным территориям. В Африке экзарх контролировал богатый процветающий прибрежный регион, который продолжал экспортировать зерно и производить керамику. Африканские изделия из красной глины находят при раскопках на всем Средиземноморье. Из Равенны экзарх правил Северной Италией и территориями, расположенными к югу – до Рима, а провинциями юга Италии и Сицилии управляли другие чиновники, назначенные из Константинополя. Таким образом, превосходство Равенны было обеспечено, и почти два столетия она функционировала как византийская столица Запада, связующее звено между Константинополем и Италией. Равенна осталась главным портом на восточном побережье Италии, находившимся близко к устью реки По. Через нее импортировались редкие и ценные грузы, такие как папирус из Египта, и перераспределялись в места, расположенные дальше на север и запад. Равенна поддерживала регулярные контакты по морю с Константинополем и другими частями Восточного Средиземноморья, не только летом, но и зимой, когда большинство капитанов отказывались подвергаться риску морского путешествия. Равенна покровительствовала художественным ремеслам – там обучались будущие резчики по кости, мастера мозаики и другие специалисты.