И. Ш. В рецензии в «Литературной газете» было сказано, что вы – Жеглов… и Шарапов – совершенно разные люди. Вы согласны с этим?
В. В. Да.
И. Ш. Как вы оцениваете своего персонажа?
В. В. Вы знаете, я согласен с почти со всеми рецензиями, но они все остановились на четверти пути в разговоре об этом…Значит, по поводу этой роли, почему я и согласился. Ну, во-первых, я хотел работать кланом – это моя давнишняя мечта, мне снова хотелось вернуть десятилетней давности ощущения свои, которые были у меня в Одессе, когда я снимался в картине «Короткие встречи», когда все были на площадке, даже ненужные актёры, – у Киры Муратовой. Это была очень хорошая картина. Она, к сожалению, очень мало тиражирована и, в общем, она прошла так…
И. Ш. Значит, они все остановились на четверти пути.
В. В. Дело в том, что вообще – в принципе – вот эта вот драматургия, на чём построена вообще вся вещь: этакий (
Если вы обратили внимание, то Вайнеры – они это как раз ухватили в этой вещи. Они были очень серьёзны. Когда они поссорились окончательно – два персонажа – по книге – и разошлись (тот сказал: «Я не хочу с тобой работать», а Жеглов ему ответил: «Ну и как хочешь»), приходит Шарапов в МУР – и видит в траурной рамочке свою любимую девушку, которую убили те же бандиты. И в данный момент, если бы они ему сейчас попали, он любым способом упрятал бы их за решётку, если бы не уничтожил, правда? Вот Жеглов мой находится всё время в этой позиции, в которой Шарапов мог бы оказаться в конце картины, понимаете? И, в общем-то, я его нигде не оправдывал, я даже не знаю, чего я с ним делал, – я, только знаю одно, что – нету людей, у которых… Очень много перемешано в нас всего, да и у профессионалов тоже. И у него. Это видно по картине, правда? Вот Ольга Чайковская – там она хорошо написала, что – я вот не понимаю, он нам нравится или не нравится, нравится или не нравится.