Власть

Он взглянул в упор на Тебейкэ и Киру. Их явно удивляли происшедшие в нем перемены. Однако Дрэган не обратил на это никакого внимания. Ему было ясно лишь одно: у него есть дело, и он должен постараться как можно разумнее, серьезнее и основательнее осуществить его.

— А ну, посмотрим, на каких улицах больше всего магазинов.

Он подошел к письменному столу, взял лист бумаги и сел в кресло с высокой спинкой, обитой гвоздями с фигурными шляпками. Дрэгана больше ничто не смущало. Все принялись за дело.

29 октября, 18 часов 10 минут

— Центральная пресса приветствует вас!.. Позвольте представиться: Катул Джорджеску, специальный корреспондент независимой газеты «Сигнал».

Экстравагантный, пестро одетый корреспондент вихрем ворвался в комнату и, не умолкая ни на мгновение, быстро прошел от двери к столу, возле которого находились трое рабочих. Его смутило, но не особенно сильно, недоброжелательное недоумение на их лицах. Однако хитрый газетчик, набрав воздуха в легкие, продолжал в самых изысканных выражениях:

— Находясь в вашем очаровательном городе в поисках впечатляющего репортажа, я узнал про ваши нашумевшие события и, горя нетерпением газетчика, немедленно отправился к месту событий, чтобы лично побеседовать с лидерами народного восстания и вместе с ними провозгласить: «Да здравствует свобода!» Извините, кто из вас господин примарь?

Киру показал на колючее лицо Дрэгана и, заранее предвкушая возможный эффект, улыбнулся в усы.

— Этот? Это… вы? — газетчик несколько оторопел и, чтобы скрыть смущение, попытался медленно освободиться от тесно завязанного шарфа в кричащих тонах и невероятно глупых рисунках. От неожиданности он поперхнулся, пошевелил своими золотистыми бровями, и его цветущее лицо покраснело. — Центральная пресса просит вас ответить на кое-какие вопросы, — невинным тоном гимназистки произнес он фразу, которая обычно придавала его голосу повелительную интонацию, и, улучив подходящий момент, чтобы почувствовать себя равным, он продолжал: — Но прежде примите мои личные поздравления!

Дрэган с оттенком недоверия пожал протянутую ему руку и, нахмурившись, раздумывал, как себя вести в этой ситуации. В конце концов он пришел к выводу, что первому посетителю в кабинете примаря надо предложить сесть.

Окончательно освоившись, газетчик осмелел и, если бы не помешал стол с лежащим на нем огромным стеклом, похлопал бы Дрэгана по плечу. Судя по всему, Катул принадлежал к такой категории людей, которые могут быть или униженными, или хамами. Обретя самоуверенность, он начал с классического приема: достал блокнот, авторучку и торжественно посмотрел на Дрэгана.

— Прошу вас помочь центральной прессе и ответить на вопросы. В момент моего прихода вы, видимо, обсуждали чрезвычайно важную проблему?..

На мизинце у него красовалось большое кольцо из черненого серебра — грубая имитация античного украшения. Однако ни цветущий вид Катула, ни его попытки держаться солиднее не могли скрыть той щемящей грусти бедняка, который любым способом старался казаться обеспеченным человеком.

С удивлением рассматривая контрастные детали его одежды — желтую рубашку, апельсиновый галстук с черными лошадиными головами и костюм в зеленых и кофейных сердечках, — Тебейкэ решил поставить его на место:

— Конечно, важную проблему.

Удовлетворенный тем, что первый испытанный прием удался, газетчик воскликнул:

— Да, я это сразу понял! — Глаза его сияли от счастья. Вероятно, из-за яркой одежды они казались многоцветными. — Центральная пресса должна знать все! Так… — И он потер от удовольствия руки, сверкая кольцом на пальце. — Речь идет о вопросах, касающихся города, не так ли?..

Киру ответил ему в том же тоне:

— Уж не хотели бы вы, чтобы речь шла о Галапагосских островах?

— Вот видите, — улыбнулся ему Катул Джорджеску, радуясь тому, что с ним ведут разговор. — Центральная пресса должна знать все, для того чтобы информировать читателей. Прошу вас совершенно официально: помогите мне и ответьте на мои вопросы. Господин примарь, я с пером в руке жду ваших ответов.

Немного подумав, Дрэган, уставший от говорливого газетчика, ответил:

— У нас нет никаких секретов. Обсуждаем вопрос, как быть со спекулянтами.

— Очень интересно! Теперь эта проблема в моде, — машинально выпалил журналист и поднял на Дрэгана свои неопределенного цвета глаза. — Так что же вы собираетесь с ними сделать?

У Дрэгана мелькнула мысль: «А что, если этого паяца подослали торговцы, чтобы разузнать, что мы здесь замышляем?» И тут же на его лице появилась хитрая улыбка.

— На это вам ответит товарищ Тебейкэ, — сказал Дрэган.

Представитель центральной прессы повернулся к Тебейкэ и протянул ему руку:

— Очень рад! Катул Джорджеску из «Сигнала»… Прошу вас, скажите, что вы собираетесь с ними делать?

То ли в шутку, то ли всерьез Тебейкэ самым равнодушным тоном ответил:

— Позвать сюда, накинуть петлю на шею и повесить.

Катул Джорджеску, внимательно записывавший слово в слово все, что ему говорили, мгновенно изменился в лице. Он испуганно откинулся на спинку стула, а глаза его чуть не выкатились из орбит.