Властители Индийского океана. Становление морских связей между Европой и Азией

Если же принять во внимание военно-морские силы Японии, аргументы в пользу создания базы в Сингапуре становятся еще более весомыми. Все японские правительства в настоящее время стараются поддерживать миролюбивую внешнюю политику, но нельзя забывать, что они являются лидерами небольшой и крайне перенаселенной страны. Население Японии уже превысило население любой европейской страны, кроме России, и продолжает быстро увеличиваться. Живущая в стесненных условиях, бедная, но активная нация напоминает кипящий котел без клапана выпуска пара. Какое-то время все будет в порядке, но, когда котел взорвется, высвободившаяся сила будет направлена по линии наименьшего сопротивления. Другим странам, имеющим интересы в соседних регионах, было бы лучше заранее принять меры, чтобы эта линия не прошла через их владения. Взрывные тенденции такого рода можно видеть и в Европе.

Японцы не могут эмигрировать в Америку, но могут найти линию наименьшего сопротивления для экспансии только в регионах, расположенных в непосредственной близости. Но с ними Британии хорошо бы сохранить торговые отношения. Если они станут аренами ожесточенной дипломатической борьбы, британские интересы не будут отметаться или игнорироваться, только если всем, кого это касается, будет ясно: британская политика на Востоке опирается на твердый фундамент надежной власти в Индийском океане. Только флот может обеспечить эту надежность, но, как уже неоднократно упоминалось, флот должен обеспечиваться хорошей базой. Только тогда он сможет качественно выполнить свою задачу, если возникнет такая необходимость.

Кроме существования двух сильных современных флотов, которые могут подойти к Индийскому океану с востока, существует еще один фактор, слишком серьезный, чтобы от него отмахнуться, хотя по характеру он не такой определенный, как другие. Уже некоторое время как началось пробуждение национального и расового сознания жителей Востока, и никто не может предвидеть, чем это закончится. Ясно, что беспорядки по большей части направлены против белых людей, и ситуацию еще более обостряет большевистская пропаганда. (А также еще более японская. Японцы, осуществляя свои захваты в 1930-х – 1942 г., декларировали создание «великой восточноазиатской сферы совместного процветания, освобожденной от власти белых людей», куда должны были войти (под властью японцев) Китай, Индокитай, Индонезия, Филиппины и другие острова Тихого океана. – Ред.)

Пока перемены в основном затронули желтые монголоидные нации и еще не угрожают позиции белого человека на Востоке. Но никак нельзя игнорировать тот факт, что процесс идет очень быстро. В ранней юности людей, которые сейчас едва достигли среднего возраста, японцы имели не больший вес в мировой политике, чем сегодня жители Тибета или Сиама. Десять – двадцать лет назад, до того, как они внезапно стерли русских в порошок (утверждение на совести автора. – Ред.),

любое предположение, что они когда-нибудь явят собой серьезную угрозу для ведущих европейских держав, можно было бы поднять на смех. Крайне неразумно считать, что сделанное одним азиатским народом невозможно для другого. Хотя, конечно, сегодня мы не видим признаков радикальных перемен – но не видели мы их и несколько десятилетий назад, до величайших побед азиатов при Цусиме и Мукдене. (О Цусиме уже упоминалось. При Мукдене 6 (19) февраля – 25 февраля (10 марта) 1905 г. отступившая русская армия потеряла 89 тысяч, в том числе 59 тысяч убитыми и ранеными и 30 тысяч пленными, японцы 71 тысячу, в том числе 70 тысяч убитыми и ранеными. В дальнейшем русские войска получили значительное усиление, и стоял вопрос об очищении от японцев Маньчжурии. Однако потеря флота при Цусиме, спровоцированные революционные выступления, давление со стороны Англии и США сделали такой сценарий нецелесообразным. Японцы в это время безнаказанно захватили Сахалин. Русское правительство было вынуждено пойти на заключение мира, а сосредоточенная в Маньчжурии русская армия задействована не была. – Ред.) Мы знаем, что антиевропейские настроения на Востоке существуют, и представляется вполне разумным утверждать, что поддерживание средней позиции – между ненужной тревогой и отрицанием очевидного – заключается в принятии мер предосторожности. Необходимо иметь возможность противостоять угрозе, если она примет опасные формы. Для чего тоже нужна база в Сингапуре – у дальневосточных ворот.