Властители Индийского океана. Становление морских связей между Европой и Азией

Только то, что он уже находился на пути к Красному морю, удерживало Албукерки от искушения согласиться. Старый хан Гоа был членом тройственного союза индийских правителей, которые были решительно настроены против европейцев. Остальные два члена союза – саморин Каликута, не изменивший своей позиции, и правитель Камбея, который видел свои ошибки в свете от пламени горящих кораблей. Поэтому никакого нарушения условий мира не будет; но будет нападение на сильного и постоянного врага. И в стратегическом отношении Гоа, с точки зрения португальцев, имел все мыслимые преимущества, являясь одновременно естественной гаванью и естественной крепостью, которая рано или поздно потребуется, если, конечно, и далее будет проводиться политика превращения Индии в крупный центр коммерческой деятельности на Востоке. Существовали и другие весомые причины для его захвата. Имея крупные судостроительные верфи, Гоа всегда являлся угрозой для португальских судов, передвигавшихся в северном направлении. Оттуда в любой момент могли появиться немалые силы противника, если только не подвергать его постоянной блокаде. Но его положение было настолько выгодным, а армия хана такой могущественной, что вопрос о взятии города долго не рассматривался даже Албукерки. И Гоа продолжительное время оставался серьезной и пока нерешаемой проблемой, с которой военачальникам короля Мануэла приходилось считаться. Все в одночасье изменилось после доклада Тимоджи, который утверждал, что девятнадцать кораблей, которые имелись в распоряжении Албукерки, – достаточная сила, и нельзя не воспользоваться уникальной возможностью.

Албукерки имел обыкновение, когда требовалось сделать сложный выбор, советоваться со своими старшими офицерами. Поэтому он собрал их на борту и объяснил ситуацию. По его мнению, было бы лучше придерживаться первоначального плана и следовать на поиски флота Красного моря, а не испытывать судьбу в Гоа. Он считал устранение угрозы со стороны арабов самой главной задачей текущего момента, и, если говорить об общих принципах, несомненно, был прав, если, конечно, это было осуществимо. Но почти все офицеры высказались за Гоа – одни потому, что не имели четких идей относительно глобальных проблем, другие потому, что их привлекала перспектива богатой добычи. Но адмирал был вынужден обратить самое серьезное внимание на аргументы третьих – той части своих подчиненных, куда входили опытные профессиональные моряки. По их мнению, поскольку сезон зимних муссонов теперь может закончиться до того, как они прибудут в Аден, шанс достичь Суэца в этом сезоне невелик, в то время как до Гоа можно добраться за день. И Тимоджа неоднократно повторял, что если идти в Гоа, то немедленно или не идти совсем, потому что очень скоро изменение направления муссонов закроет порт до осени.

Военные советы обычно являются средством, к которому прибегают слабые командиры, которые хотят переложить ответственность за решение на других. Но Албукерки еще в Ормузе доказал, что умеет принимать решения, даже вопреки настойчивым требованиям большинства подчиненных. И не слабость, а сила заставила его согласиться с мнением офицеров, что в тот момент действительно имело смысл идти в Гоа, а не в Суэц. Тем не менее ответственность за решение лежала исключительно на нем, и изменение планов было столь серьезным, что не могло не вызвать тревогу. Адмирал предвидел, что не взятие крепости, а ее последующее удержание станет испытанием силы и мужества португальцев. Взятая крепость, безусловно, подвергнется нападениям главных сил нового хана, когда завершится его поход в глубь страны, и хотя сама позиция была достаточно сильна, португальцы не могли рассчитывать на получение подкрепления в течение пяти месяцев после того, как летние муссоны, которые должны вот-вот начаться, закроют гавань. В случае если крепость защитить не удастся, португальцам придется вернуться на борт своих кораблей, которые не смогут выйти из бухты, и вопрос обеспечения людей продовольствием и пресной водой станет очень остро.