Властители Индийского океана. Становление морских связей между Европой и Азией

Теперь хан решил начать, так сказать, с чистого листа и установить дружественные отношения с португальцами и отправил посольство в Гоа в надежде заключить соглашение. Он указал, что португальцы не только лишили его Гоа, но и блокировали Дабул, его единственный оставшийся морской порт, в результате чего торговля хана сильно пострадала. И Албукерки решил использовать торговлю Дабула в качестве гарантии будущего поведения хана. Он снял блокаду Дабула при условии поддержания мира со стороны хана. Это было политическое решение, к тому же позволившее ему добавить два блокирующих корабля к флоту, который Албукерки как раз начал собирать для уже дважды отложенной, но не забытой экспедиции на Красное море в поисках Суэцкой армады, относительно существования и степени оснащения которой все еще не было уверенности. Вице-король так стремился организовать, наконец, эту экспедицию, что даже снял блокаду Каликута, которая была установлена из-за отзыва саморином предложения выделить площадь для форта, сделанного им португальцам после захвата Гоа.

Вскоре Албукерки вышел в море, начав наименее эффектную из всех своих морских экспедиций, хотя и достаточно важную в части политических последствий. В феврале еще дули попутные муссоны, правда, сезон уже подходил к концу, и двадцать португальских кораблей быстро добрались до Сокотры – это был их первый пункт захода. Оттуда они перешли на арабскую сторону пролива и прибыли к Адену 23 марта – накануне Страстной пятницы. Следующие сорок восемь часов португальцы с большой осторожностью исследовали гавань, поскольку в их распоряжении не было местного лоцмана, и вели переговоры с посланцами эмира, который управлял городом от имени шейха Южной Аравии. Обе стороны претендовали на дружелюбие, но условием Албукерки было открытие водных ворот и свободный допуск португальцев в город, а условием эмира – встреча на берегу за пределами городских стен, на которую Албукерки прибудет в сопровождении не более чем двадцати человек. Поскольку ни одна из сторон не желала принимать условия другой, а местное арабское население открыто проявляло антиевропейские настроения, вице-король Индии, в конце концов, уведомил эмира, что из-за невозможности достижения соглашения он атакует город через два дня. Не получив никакого ответа, португальцы, как только срок истек, пошли в атаку, но их наземные операции не всегда были так же хорошо организованы, как морские, и в Адене завершились полной неудачей из-за отсутствия необходимых штурмовых приспособлений.

Получив серьезный отпор, все португальские офицеры, за исключением вице-короля, рвались немедленно повторить атаку, но у Албукерки имелось по крайней мере три веские причины отложить ее до более удобного случая. Во-первых, северные ветры в Красном море, которые преобладали во время сезона юго-западных муссонов в Индийском океане, неблагоприятные для перехода в Суэц, должны были со дня на день начаться. Во-вторых, на португальских кораблях закончились запасы пресной воды, которую он рассчитывал получить в Адене, но пленные рассказали, что в городе нет колодцев и он целиком зависит от ежедневного снабжения водой, доставляемой на верблюдах. В-третьих, потери португальцев уже были слишком серьезными, чтобы идти на столь большой риск, в то время как встреча с Суэцкой эскадрой все еще была возможна. Поэтому Албукерки на время смирился с поражением и, покинув Аден, вошел в Баб-эль-Мандебский пролив. Следует отметить, что, прибегнув к небольшой военной хитрости, Албукерки захватил лоцманов Красного моря. Для этого он отправил вперед захваченное и соответствующим образом замаскированное судно, дау, с приказом захватить людей из лоцманской деревни, которые поднимутся на борт. Местные лоцманы, хотя и натерпелись страху, после окончания работы получили хорошее вознаграждение.

Но через несколько дней после входа в эти воды, где еще никогда не было европейских кораблей (были в античное время – последние века до нашей эры и первые века нашей эры. – Ред.), португальцы испытали на себе эффект от смены сезонов, и в третий раз оказалось, что уже слишком поздно идти в Суэц. Албукерки приказывал каждый вечер бросать якоря на ночь, опасаясь предательства лоцманов под покровом тьмы. Поэтому вперед продвигались медленно, и, когда летом подул устойчивый встречный ветер, против которого бессильны даже местные суда, португальцы добрались только до Камарана[13], то есть прошли четверть пути от пролива до головной части Красного моря. (Гораздо меньше – примерно восьмую часть расстояния до Суэца. – Ред.) Люди ужасно страдали от адской жары, но корабли больше двух месяцев стояли без движения, хотя присутствие Албукерки взбудоражило все окружающие области, и только потом было принято решение отложить экспедицию до следующего года. Подняв якоря у Камарана, португальцы вышли из пролива, подвергли Аден обстрелу и взяли курс на порт Диу, где вице-король намеревался провести демонстрацию силы до ухода к Гоа.