Влияние морской силы на историю 1660-1783

Франция все еще, казалось, подчинялась противнику, но на самом деле она не теряла даром времени и тщательно готовилась к нанесению ему жестокого удара, для чего имела теперь сильные побуждения. Она продолжала посылать в Вест-Индию и Канаду небольшие эскадры или отряды кораблей, тогда как в Брестском адмиралтействе делались шумные приготовления, и на берегах Канала стягивались войска. Англия увидела, что ей угрожает вторжение угроза, к которой население ее было особенно чувствительно. Тогдашнее правительство, по меньшей мере слабое, было особенно неспособно к ведению войны и легко дало ввести себя в заблуждение в вопросе о грозившей опасности. Кроме того, Англия была озабочена, как всегда в начале войны, не только многочисленностью пунктов, которые должна была защищать вдобавок к своей торговле, но также и отсутствием большого числа матросов, рассеянных на торговых судах по всему свету. Средиземноморские интересы поэтому были пренебрежены ею, и Франция, сделав шумные демонстрации на Канале, тихо снарядила в Тулоне двенадцать линейных кораблей, которые отплыли 10-го апреля 1756 года под командой адмирала ла Галиссоньера (la Galissoniere), конвоируя сто пятьдесят транспортов с пятнадцатитысячным отрядом войск, под начальством герцога Ришелье. Неделю спустя армия была благополучно высажена на Менорке, и Порт-Маон был обложен французскими войсками; флот же расположился перед портом для блокады его.

В сущности все это было совершенным сюрпризом для Англии, ибо, хотя у ее правительства и возникли наконец подозрения о приготовлениях французов в Тулоне, но было уже слишком поздно помешать им. Гарнизон не получил подкреплений и насчитывал едва три тысячи человек, из которых тридцать пять офицеров отсутствовали, находясь в отпуске, и между ними губернатор и командиры всех полков. Адмирал Бинг (Byng) отплыл из Портсмута с десятью линейными кораблями только за три дня до выхода французов из Тулона. Шесть недель спустя, когда он был уже близ Порт-Маона, его флот был увеличен до тринадцати линейных кораблей, и с ним было четыре тысячи солдат. Но, как сказано, было уже поздно: серьезная брешь была пробита в стенах крепости за неделю до того. Когда английский флот появился в виду ее, ла Галиссоньер вышел навстречу ему и загородил вход в гавань.