Король сдержал своё обещание, и на место Варгоса больше никто не приехал. Аттан бесился, что не удаётся получить разрешение на въезд, а я делала вид, что не понимаю истинную причину его нарастающего раздражения. С азгарном отношения становились всё напряжённее. Нет, он больше не обдавал меня холодом своих глаз, всё было намного хуже – временами я ловила в них нежность. Ламмерт принялся за осаду моей крепости. Ухаживал, проявлял внимание, старался лишний раз невзначай прикоснуться. Иногда мне казалось, что он приручает меня к себе, как норовистую кобылу.
После того поцелуя в день моего приезда он больше на меня не набрасывался, но от этого не легче. Всё чаще он проводил время со мной, как будто у него не было собственных дел. Днём сводил меня с ума своим обществом Ламмерт, а ночами Влад, чья тень всё чаще посещала меня, и от этих двоих спасения не было.
Получала я письма и от Ясарата с Мирэль. Если первый ненавязчиво интересовался моими дальнейшими планами, напоминая о нашей договорённости насчёт сотрудничества, то последняя открыто спрашивала, когда я вернусь, и прямо говорила, что моя поездка затянулась и ей недостаёт моего общества.
Вот только я даже не думала о возвращении и отделывалась общими фразами. Король Аруании на время оставил меня в покое, чего от Ясарата ожидать не стоило. С другой стороны, устрой я ему Армагеддон местного масштаба в одном из городов, и он тоже поневоле относился бы ко мне с осторожностью.
В один из дней всё вокруг укрыл белоснежный ковёр. В детской я подошла к окну, задумавшись о том, как быстро течёт время и что на Земле прошли не месяцы, а годы после нашего исчезновения. Уйдя в свои мысли, я бездумно рисовала на стекле, сама не заметив, как нарисовала сердечко, а в нём «Р+В». Увидев надпись, вздрогнула и поспешила стереть.
Неожиданно я ощутила за своей спиной чужое присутствие и, оглянувшись, обнаружила азгарна. В этот раз он выглядел необычайно оживлённым, а в глазах горел лихорадочный огонь.
– Выпал снег, – улыбнулся он мне с таким видом, как будто делясь со мной сокровенным.
Я не сразу сообразила, что холод его стихия и для него, наверное, это что-то да значит.
Азгарн накрыл мою ладонь на стекле своей, прижимаясь со спины ко мне. Я дёрнулась, так как в комнате были слуги, но нас в тот же миг окутал белый туман, скрывая от посторонних глаз. Погладив мои пальцы, он дотронулся до стекла, и оно покрылось узором из инея. Я хотела убрать свою ладонь, но он опять прижал её к стеклу своей рукой, переплетая наши пальцы. Сначала его кожа была такая же холодная, как и стекло под моей ладонью, но очень быстро она потеплела, и иней от нашего тепла растаял.
– Ты огонь моего сердца, – тихо произнёс Ламмерт.
Я замерла, понимая, что стоит мне только повернуть голову, как меня поцелуют.
Никогда ещё не находилась в таком затруднительном положении. Я боялась его внимания. Это же сравнимо с хождением по минному полю: одно неосторожное движение и от тебя не останется и следа. Я и отказать резко ему не могла, он опекун моего сына и способен сделать моё существование здесь невыносимым, и в то же время согласиться на отношения с ним для меня было немыслимо.
Резкий звук упавшего подноса разрушил напряженный момент и стал моим спасением. Азгарн развеял окружающую нас пелену и сделал шаг от меня. Воспользовавшись свободой, я ещё больше увеличила расстояние между нами и развернулась.
– Простите! – Бетти собирала осколки разбившегося чайника.
– И как вы терпите рядом с собой эту неуклюжую дуру? – произнёс Ламмерт, окинув её презрительным взглядом. Девушка вспыхнула и ещё ниже опустила голову.
– С каждым может случиться. Бетти, ты не обожглась? – Я хотела подойти к ней, но меня удержал азгарн.
– Это не стоит вашего внимания. Позавтракайте со мной.
– Хорошо, я сейчас подойду. Распорядитесь, чтобы накрывали.
– Я жду вас, – кивнул Ламмерт и вышел. Проходя мимо Бетти, скривил губы так, как будто увидел что-то мерзкое.
С его уходом мне даже дышать стало легче.
– Ты как? – подошла я к подруге.
– Всё в порядке, – всхлипнула она, поднимаясь с пола.
– Обожглась? – с сочувствием спросила её.
– Почему он такой?!
Мне не понравилось отчаяние, прозвучавшее в её голосе. Наверное, слишком сильно задело такое пренебрежительное отношение.
– Думаю, таким вопросом задаются многие в этом замке и не находят ответа.
– С вами он так себя не ведёт.
– Бетти, поверь, уж лучше его презрение, – вздохнула я, с сожалением вспоминая те времена, когда он меня просто ненавидел.
Я не придумала ничего лучшего, как попробовать сбежать на некоторое время. Да и повод подходящий нашёлся. Мне не нравились отчёты, которые приходили от одного управляющего, и было бы неплохо его навестить для беседы. За завтраком я сказала, что аттан настаивает на поездке, уже строя планы на то, как задержусь там подольше. Ведь никто не знает, как надолго затянется проверка, и азгарн вряд ли сунется на земли, принадлежащие уже Первому советнику.
Мои радужные мечты разрушил Ламмерт.
– Надо так надо, – сдержанно отозвался он. – Хотите, я пришлю вам в помощь своего управляющего?