Внутри и вне помойного ведра. Практикум по гештальттерапии

Ладно, ладно. Ты как раз предлагаешь образец дол-жнобытизма. Я должен быть серьезным. Требования, требования, требования. Десять заповедей. От тебя я требую то или это. Если ты не подчиняешься, я почувствую фрустрацию и обижусь на тебя. И наоборот. Требования мы создаем и себе. И пользуемся "почему", как оправданием для повторных атак.

Бытизм. Роза есть роза. "Я есть то, что я есть". Я есть пучеглазый управляемый человек. Это называется феноменологическим или сущностным подходом. В любой данный момент никто не может отличаться от того, кем он является в этот момент, включая желание быть отличным. Тавтология: опыт самоочевидности.

Мойша и Авель играют в карты.

Мойша: "Авель, ты шулер!!!".

Авель: "Да, я знаю".

Фритц — околобытист, выдумщик, Мойша — должнобы —

тист, Авель — бытист.

Сейчас я не могу сопротивляться,

Даже если это вредит

Стать околобытистом,

Играть со словами подлиннее

И нтроекция и проекция,

Ретрофлексия; о, смотри,

Не подвергайся более сомнительному

желанию быть названным.

Выпрыгивай из помойного ведра.

Беседуй,

Чтобы читатель мог извлечь пользу из твоего

существования,

Интроекция, где твое место?

Где ты располагаешься?

Ретрофлексия? Ну, она остается

Всегда связанной с "я".

И проекция? Ты являешься

Наиболее презренной и сдана в архив.

Ты не более, чем просто экран.

Приходи, возникай, потенциальное я!

Лекция по ассимиляции. Я полагаю, что… Теперь мы должны рассмотреть факт, что… Сейчас я обращаю ваше внимание на следующий феномен…

"Ты собираешь штампы?".

Что-то в этом роде. Ты знаешь что-нибудь? Около 15 лет назад я был слишком застенчив для того, чтобы говорить без сценария. Сегодня это не беспокоит меня, даже если я говорю на съезде или должен обращаться к сотням людей.

В 1960 году я ездил в Лос-Анджелес на короткий срок. Там был крошечный колледж "Западный колледж по психоанализу" или что-то в этом роде. Для меня он имел двойное значение. За свои книги я получил почетную степень доктора философии. Я полагаю, что это единственная степень, которую они когда-либо выдавали. Другим было то, что я открыл свою застенчивость и преодолел ее очень быстро.

"Многие люди подвержены ей. Можешь ли ты помочь им в коротком сообщении или это секрет профессии?".

Не совсем. Фактически, это наиболее мягкая и наиболее распространенная форма паранойи. Застенчивость отличается от страха сцены, но часто смешивается с ним. Термин "застенчивость" обманчив, его следовало бы называть осознание-критики-аудитории. Говорящий реально не осознает свою аудиторию, которая для него становится затуманенной единицей.

Эта затуманенность аудитории становится сценой проекции. Говорящий представляет себе аудиторию критической или враждебной. Он проецирует на нее свою собственную критичность вместо того, чтобы наблюдать то, что реально происходит. К тому же он проецирует на нее собственное внимание и ощущает себя в центре внимания.

Средство является простым: идентификация с проекцией. Быть критичным к аудитории. Обращать внимание и видеть реальность. Очнуться от транса катастрофических ожиданий. Это, таким образом, первый образец проекции.

Мы перескочили несколько раз через ретрофлексию и инверсию. Кьеркегор, более ранний экзистенциалист, говорил о связи себя с самим собой. И как раз ретрофлексия является направленной на себя. Коммуникация происходит не между "я" и другим и не между другими, но между "я" и "я".

Суицид, самомучение, двойственность "я" — хорошие образцы. Лечение: делай для других то же, что ты делаешь для себя.

"Это звучит ужасно".

Это не так ужасно, как звучит. На самом деле достаточно, даже необходимо, чтобы ты совершал для других эти плохие вещи в фантазии и психодраме. Во всяком случае личность, которая мучает себя в твоем присутствии, в то же время мучает и тебя.

Однажды я поступил очень плохо. Один коллега попросил меня провести занятие с его суицидной больной. Я согласился, и мы быстро обнаружили^ что она хотела убить мужа. И она сделала это.

"Итак, твоя терапия может быть опасной?".

Да, хотя очень редко. Я не вижу в ней большого вреда, но вижу много хорошего для тех сотен людей, с которыми у меня происходят быстрые терапевтические встречи. Я изучил множество таких случаев.

"Как ты представляешь такие неудачи?".

Обычно я говорю группе, что не несу ответственность за кого-нибудь, кроме себя. Говорю, что если они хотят стать сумасшедшими или совершить суицид, если это и есть их "предмет", то я предпочел бы, чтобы они оставили группу.

Я также учу быть крайне чувствительным к некоторой патологии. Если что-то приходит со сновидением, в основном о безысходном отчаянии, в котором нет людей, нет зелени, или он обнаруживает знаки эксцентричного поведения, я отказываюсь работать с ним. Обычно потом на меня нападают за мою "бессердечность" и нежелание быть "полезным". В те короткие уик-эндовские семинары я на самом деле не имею возможности и времени прийти в соприкосновение с этими труднодоступными людьми.

"А ты не применил это в том случае убийцы?".