Внутри секты. Почему люди попадают под влияние культов и можно ли им помочь

Возьмем, например, отечественную секту «Анастасийцев», которые используют концепции экопоселений, зеленой экологии и псевдорелигиозных практик, а также верят в летающие грибы, святость кедра, говорящую медведицу и т. п. вещи. По мнению некоторых моих коллег, в России у них больше 100 филиалов и поселений, и каждая ячейка секты совершенно по-разному трактует фантастические романы своего основателя, писателя Мегре. И с точки зрения исследователей, это не одна секта с кучей филиалов, а условно 100 микрокультов, объединенных одной идеологией, каждый со своей степенью деструктивности.

Вот что отмечает в современных новых религиозных движениях религиовед и судебный эксперт Марина Бигнова:

«Интересно, что одна из основных черт новых религиозных движений – это изменчивость. Меняться способно абсолютно все, даже казавшиеся незыблемыми догматы. Так, “Свидетели Иеговы”, признанные в России экстремистской организацией в 2002 году, отказались от одного из основополагающих запретов: запрета на переливание крови, что, однако, не привело к существенным переменам внутри организации. Там по-прежнему доминирует позиция, что смерть предпочтительнее переливания от донора, а донорскую кровь следует заменять искусственными аналогами.

Одна из казахстанских религиозных групп Ата Жолы в каждой ячейке представляет особую мифологию, которая в разной степени смешивает ислам и христианство, традиционный казахский шаманизм и экстрасенсорику. В одной орде (отделение Ата Жолы) рядом с портретами “мусульманских святых” висят православные иконы, в других от адептов требуется проходить через инициационные обряды, характерные для шаманистических культов, в третьих присутствует только классический вариант с шираком и камчеванием. Отметим, кстати, что такое разнообразие нередко вносит путаницу в классификации и приводит к тому, что даже известные религиоведы начинают путать и смешивать религиозные группы между собой. В целом, нередко встречается ситуация, когда основные идеи нового культа отправляются в культурное пространство через книги и уже в сознании адептов образуют причудливую смесь, нередко, более популярную, чем оригинальные идеи автора».

Один из первых академических исследователей культов и сект в современной России Евгений Волков еще в середине 90-х годов так сформулировал термин «деструктивные культы»: это такие группы и организации, которые используют крайние и неэтичные техники манипулирования для вербовки и удержания своих членов, частично или полностью осуществляют тотальный контроль мыслей, чувств и поведения своих членов с целью удовлетворения интересов лидеров и самодовлеющей группы[8].

Но есть важный нюанс, который отлично сформулировал американский психиатр Луи Джолион Уэст. О его вкладе в исследования в западную социальную психологию мало известно в отечественных публикациях. Хотя Уэст был одним из научных кураторов и экспертов знаменитой программы «МК-Ультра» в ЦРУ США, которая во второй половине ХХ века изучала возможности психологического влияния и так называемую «промывку мозгов». Так же Уэст уделял много своего внимания изучению деятельности американских культов и сект. Он справедливо отметил, что, чтобы классифицировать социальную группу как «деструктивный культ», там не только должна присутствовать потенциальная возможность эксплуатации, но она должна применяться к членам этой группы.