Военная история Японии. От завоеваний древности до милитаризма XX века

В 1266 (или 1267) году хан сделал первую дипломатическую попытку установить связи с Японией и склонить ее военное правительство к покорности Монголии, послав туда полномочных представителей с ультимативным государственным письмом Властителя Великой Монголии. В нем он требовал от императорского двора и, соответственно, от бакуфу немедленно прислать к Великому хану послов с данью и признать Японию вассальным государством по отношению к Монгольской империи со всеми вытекающими отсюда последствиями. В случае отказа Хубилай грозил японцам военным вторжением и порабощением страны. Письмо достигло Японии только в 1268 году. Помешала непогода и другие обстоятельства. Но попытка могучей империи, перед силой которой трепетали многие народы, заставить Японию подчиниться окончилась полной неудачей.

Обе стороны были раздражены и возмущены поведением противников. Друг другу противостояли две военизированные общности. По мнению монгольских правителей, равных Монголии и независимых от нее государств быть на земле не должно. Эти государства, как считали монголы, просто не имели никакого права на самостоятельное существование на земле в силу божественной небесной предопределенности и исключительности Монголии.

Япония тоже имела своих богов, направлявших ее население на истинный путь, хранивших японцев от всяческих неприятностей и напастей, поддерживавших их в борьбе против всего чужого и иноземного. Поэтому послание монгольского владыки и изложенные в нем условия оскорбили находившегося в то время на престоле 90-го императора Камэяму и привели в крайнее возбуждение и замешательство его двор.

У военного правительства Японии, главой которого являлся в то время восьмой регент (сиккэн) рода Ходзё Ходзё Токимунэ (институт регентства при сёгунах Минамото был введен родом Ходзё в 1203 году, прибравшим власть к своим рукам почти на полтора столетия), письмо вызвало резко негативную реакцию и нескрываемую ярость. Военные не желали ни с кем делиться властью и кому-либо подчиняться, тем более иноземцам. Военный совет правительства дал монголам понять, что никаких разговоров вообще и уступок и быть не может. Бакуфу не допустило монгольских послов к императору в Киото, и те, проведя в Японии около полугода, вынуждены были вернуться без результата обратно в Монголию. Точно так же были проигнорированы и все последующие письма верховного правителя Монголии.

Хубилай уяснил, что с этого момента начинается открытое противостояние двух сторон, понял, что дипломатические усилия, избавлявшие его от огромных материальных затрат и применения военной силы, бесперспективны, и со всей серьезностью начал готовиться к захвату островного государства, наказанию его правителей и населения. Впервые судьба приготовила японцам, чье дело было правым, серьезное испытание, поставив Японию перед угрозой страшной агрессии из-за рубежа. Ни много столетий ранее и ни много веков позже территориальной целостности Японии никто со стороны так не угрожал, как это сделали монголы.

Хубилай лично на военных советах монголов выслушивал многочисленные соображения своих военачальников по поводу начала и дальнейшего ведения боевых действий на японских территориях. Монголы только в общих чертах знали, кто такие японцы и какими были их воины. Они плохо представляли себе, как воюют японцы и как вообще вести боевые действия на территории Японии с ее возвышенностями и горными массивами. С японцами не воевали также ни китайцы, ни корейцы, во всяком случае уже последние семь-восемь веков. Но у монголов никаких сомнений не было, только уверенность в себе. Пока что они только побеждали, и во многих случаях побеждали более многочисленного и сильного противника меньшим числом. Однако самоуверенность в данном случае могла сыграть для монголов плохую роль. Сил вторжения, которыми Хубилай планировал обойтись при оккупации Японии, не хватило бы даже для захвата только Кюсю, тем более что на китайцев и корейцев, которые должны были воевать по принуждению, надеяться не стоило. К тому же монголы с их войнами на суше совершенно не имели опыта десантных операций и не знали, что такое тайфуны в осеннее время года около острова Кюсю. На знания китайцев и корейцев они не обращали, очевидно, внимания, так как запланировали вторжение в пределы Японии на осеннее время.