Читаем Военная история Японии. От завоеваний древности до милитаризма XX века полностью

В июне 1945 года японское правительство создало народное ополчение, получившее название Народного добровольческого корпуса («Кокумин гию сэнтотай»). На основании Закона о добровольной военной службе в Народный добровольческий корпус призывались мужчины в возрасте от 15 до 60 лет и женщины от 17 до 40 лет. Боеспособными для корпуса были признаны 28 миллионов человек. Таким образом, тотальная мобилизация могла превратить в солдат империи почти все ее население, которое готово было воевать с американцами с крайним ожесточением, фанатизмом и упорством. Опыт с использованием школьниц и школьников на Окинаве также ничего хорошего американским военнослужащим и их союзникам не предвещал. Кроме того, японцы готовы были к применению еще и бактериологического оружия.

Многочисленные потомки представителей военного самурайского сословия Японии, коих не устраивало ничего, кроме победы или смерти, превратили бы миллионы японских граждан, взрослых и детей, мужчин и женщин, от школьников до стариков, больных и инвалидов, в смертников-самоубийц. Тотальная мобилизация заставила бы воевать все население, привела бы к тотальным и фанатичным боевым действиям на территории всех Японских островов в боях за каждый город, каждый населенный пункт и дом, в горах и лесах, тайно или открыто и многочисленным жертвам среди мирного населения. Если у людей не было бы оружия, они воевали бы с помощью штыков, привязанных к палкам, бамбуковых копий и голыми руками, как на Окинаве. Не исключалось применение в войне против врага любого вооружения вплоть до заряжающихся с дула ружей XIX столетия, традиционных асимметричных самурайских луков, мечей, алебард и др. Тех, кто был бы против тотальной войны, милитаристы бы задавили. Затем началась бы многолетняя и изнурительная партизанская война, так же как и на большинстве отвоеванных американцами в Тихом океане территориях (на Новой Гвинее, Филиппинах, Марианах, Иводзиме, Окинаве и др.). На чужой территории лейтенант Онода Хиро воевал партизанскими методами на филиппинском острове Лубанг в течение 30 лет после окончания войны. А что было бы на родине японцев, даже трудно представить.

Япония лишились в боях за Окинаву почти в восемь раз больше людей, чем американцы. Если сюда прибавить, как это делают японцы, еще и гражданское население, умершее от голода и малярии, то цифра значительно увеличится. Если применять пропорции жертв на Окинаве к собственно Японии, то теоретически ее захват привел бы к гибели всей японской армии и чуть ли не половины жителей Японии.

Но здесь же следует отметить, что японцам, которые на Окинаве были блокированы с моря и с воздуха американцами, никто уже не помогал. Ситуация на Японских островах была бы совсем другой. В места высадки американских десантов прибыли резервы с севера Японии и из Маньчжурии. Поэтому и потери у американцев также были бы другими. К тому же лозунг милитаристов «Итиоку гёкусай» – «Сто миллионов погибают славной смертью» – в случае его действительного осуществления не оставлял народу Японии никаких шансов на существование, как и многим янки. Еще один лозунг японской военщины «Итиоку токко» – «Сто миллионов камикадзе до последнего человека» – тоже должен был лишить американцев всякого оптимизма. Тактика камикадзе изменялась, и они должны были уничтожать вместо авианосцев, крейсеров и эскадренных миноносцев транспорты с десантом и тем самым воспрепятствовать успешной высадке на территорию Японии войск союзников. Кроме авиации, японцы планировали также широко использовать против врага ракеты смертников «Ока», которые должны были поражать американские корабли не с самолетов-носителей, а с береговых катапульт, устроенных в пещерах. У Японии оставалось еще достаточное количество карликовых подводных лодок для смертников, активно продолжалось строительство одноразовых катеров «Синъё». Борьба предстояла не на жизнь, а на смерть.

Решающие сражения японцы собирались дать американцам на территории собственно Японии, к чему призвал император подданных уже 19 февраля 1945 года, задолго до падения Окинавы. Американцы и их союзники все равно бы захватили Японские острова. Но, потеряв массы людей, ни одна сторона не выиграла бы.

США ждала малопривлекательная перспектива, и им пришлось бы прекратить в конечном счете войну и уйти из Японии, так как такую войну, по типу вьетнамской, выиграть невозможно. И никакого экономического чуда 60-х годов в Японии не было бы.

Но оказывается, стать процветающей державой, одной из самых передовых в мире, с высоким жизненным уровнем, можно и без завоеваний грубой варварской силой. Сейчас Япония является наиболее развитой в экономическом отношении страной планеты. И получает она доходы не от захваченных территорий, а во многом от умелого предпринимательства, использования дешевых рабочих рук за границей, предприятий и заводов, разбросанных в Америке, Европе и Азии. К примеру, редкая азиатская страна не имеет на своей земле автомобильного завода одной из восьми крупнейших японских фирм по производству автомобилей.

Перейти на страницу:

Все книги серии Всемирная история (Центрполиграф)

Мой дед Лев Троцкий и его семья
Мой дед Лев Троцкий и его семья

Юлия Сергеевна Аксельрод – внучка Л.Д. Троцкого. В четырнадцать лет за опасное родство Юля с бабушкой и дедушкой по материнской линии отправилась в Сибирь. С матерью, Генриеттой Рубинштейн, второй женой Сергея – младшего сына Троцких, девочка была знакома в основном по переписке.Сорок два года Юлия Сергеевна прожила в стране, которая называлась СССР, двадцать пять лет – в США. Сейчас она живет в Израиле, куда уехала вслед за единственным сыном.Имея в руках письма своего отца к своей матери и переписку семьи Троцких, она решила издать эти материалы как историю семьи. Получился не просто очередной труд троцкианы. Перед вами трагическая семейная сага, далекая от внутрипартийной борьбы и честолюбивых устремлений сначала руководителя государства, потом жертвы созданного им режима.

Юлия Сергеевна Аксельрод

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике

Джордж Фрэнсис Доу, историк и собиратель древностей, автор многих книг о прошлом Америки, уверен, что в морской летописи не было более черных страниц, чем те, которые рассказывают о странствиях невольничьих кораблей. Все морские суда с трюмами, набитыми чернокожими рабами, захваченными во время племенных войн или похищенными в мирное время, направлялись от побережья Гвинейского залива в Вест-Индию, в американские колонии, ставшие Соединенными Штатами, где несчастных продавали или обменивали на самые разные товары. В книге собраны воспоминания судовых врачей, капитанов и пассажиров, а также письменные отчеты для парламентских комиссий по расследованию работорговли, дано описание ее коммерческой структуры.

Джордж Фрэнсис Доу

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука

Похожие книги

Битва за Донбасс
Битва за Донбасс

Донбасс являлся одним из наиболее индустриально развитых регионов Советского Союза, в котором были сосредоточены крупнейшие предприятия добывающей, металлургической, машиностроительной, химической промышленности. Именно поэтому он стал одной из заветных целей германского вермахта. Естественной преградой, позволившей немецкой армии длительное время удерживать Донецкий регион за собой, стала река Миус. Миус-фронт — сильно укрепленный, глубокоэшелонированный оборонительный рубеж, созданный немцами в декабре 1941 года. Оборонительная линия проходила по правому, высокому берегу реки. Противником в полной мере были использованы частые обрывы, высоты, овраги и скалы, характерные для данного участка Донецкого кряжа. Преодоление этой неширокой водной преграды стало тяжелым испытанием для советских войск. Части Красной армии несколько раз пытались прорвать этот рубеж: с декабря 1941 по июль 1942 года и с февраля по август 1943 года. Но это удалось лишь в августе 1943 года в ходе кровопролитных боев Донбасской наступательной операции Южного фронта. Анализу хода вооруженной борьбы, так же как и особенностям оккупационного периода и экономического значения региона, посвящена работа историка Михаила Жирохова.

Михаил Александрович Жирохов

Военная документалистика и аналитика / История / Образование и наука