Военная разведка Японии против России. Противостояние спецслужб на Дальнем Востоке. 1874-1922

Тайваньская кампания продемонстрировала руководству империи неготовность армии к ведению масштабных войн, тем более что, несмотря на подписание 7 мая 1875 г. петербургского договора «Об обмене Сахалина на Курильские острова», в Японии вплоть до начала китайской экспансии в Корею в 1882 г. продолжали считать главным противником Россию⁴⁸

. Одним из недочетов в организации вооруженных сил стало отсутствие центрального органа военного управления – Генерального штаба, поскольку вопросами планирования и руководства занимался военный министр. Поэтому под влиянием немецкого опыта 5 декабря 1878 г. Штабное бюро было выведено из подчинения военного министерства и преобразовано в самостоятельный орган военного управления с непосредственным подчинением императору – Генеральный штаб. Однако и в новой структуре военная разведка не получила дальнейшего организационного развития, рассредоточившись между Восточным (изучение Маньчжурии, Сибири, Камчатки и Сахалина) и Западным (изучение Кореи и Китая) бюро⁴⁹

.

Радикальные изменения в организации японской армии и ее разведывательной службы произошли только в середине восьмидесятых годов XIX в., когда японское правительство пригласило группу немецких военных специалистов во главе с майором Клеменсом Якобом Меккелем. С учетом их рекомендаций 22 июля 1885 г. японский Генштаб перешел на новую организационно-штатную структуру, в которой военная разведка получила статус самостоятельного 2-го бюро, занимавшегося наряду с чисто разведывательными вопросами также оперативным планированием и боевой подготовкой личного состава вооруженных сил. Согласно организационно-штатному расписанию на 3 октября 1893 г., в мирное время во 2-м бюро служили 10 старших и младших, а также 10 прикомандированных офицеров⁵⁰

.

Начальником 2-го бюро был назначен полковник Огава Матадзи, до этого руководивший Западным бюро. В японской армии он считался одним из ведущих специалистов по Китаю и, что немаловажно, обладал практическим опытом разведывательной деятельности, приобретенным в ходе годичной командировки на материк. 1 – й отдел (агентурная разведка) 2-го бюро возглавил бывший военный атташе в России подполковник Ямамото Киёката⁵¹

.

Развитие армии и флота Японии происходило на фоне усиливавшихся экспансионистских тенденций во внешней политике империи. По мере укрепления позиций Японии в борьбе с Великобританией, Германией, Россией, Францией и США за дальневосточные рынки сбыта основной задачей для государства стала колонизация Кореи. В 1876 г. японское правительство признало независимость Кореи, рассчитывая таким образом ослабить китайское влияние в этой стране. В 1882 г. был подписан второй японо-корейский договор, согласно которому Япония получила право держать свои войска в Сеуле для охраны дипломатической миссии. Кроме того, Япония усилила свою экономическую экспансию в Корею, что вызвало недовольство цинского правительства и привело к обострению японо-китайских противоречий. В борьбе с Китаем за корейский рынок Япония была готова пойти на самые решительные меры, поэтому в 1882 г. приняла восьмилетнюю программу увеличения мощи сухопутных войск и флота.

Именно в Китае японская военная разведка приобрела первый опыт агентурной работы на территории иностранного государства. Еще не закончив оптимизацию структуры разведорганов вооруженных сил, в августе 1872 г. военное министерство командировало в Южную Маньчжурию майора Икэноуэ Сиро и капитана Такэти Кумакити, которые стали первыми в истории японской разведки ее зарубежными резидентами. Спустя полгода Южный Китай посетил майор Каба-яма Сики, а в феврале 1875 г. военное министерство направило на материк в качестве военного атташе при японском посольстве своего резидента полковника Фукухара Кадзукацу. Несмотря на временное прекращение разведывательной деятельности в Китае с легальных позиций после его отъезда в апреле следующего года, японцы продолжали получать большой объем информации о китайской армии и внутренней политике цинского правительства от регулярно командируемых на материк под видом студентов и частных предпринимателей сотрудников военной разведки. Уже к сентябрю 1879 г. в Китае работало 18 офицеров Западного бюро и 16 стажеров китайского языка, формально не являвшихся военнослужащими, но числившихся за гш, в то время как в России, Германии, Франции и Корее находилось по одному-два сотрудника военной разведки⁵².