Воин пепла

Тайен, только сейчас заметивший, что вокруг стоит неестественная тишина, быстро опустил край тюрбана, закрыл нос и рот, а потом помог сделать то же самое Карасу.

— Пустите! — жалобным голоском умоляла Эль, стуча в дома. — Пожалуйста! Ради Всесоздателя и его вестников, дайте переждать бурю!

Женские просьбы сотворили с жителями переулка чудо. Хотя та, в которую ломилась ашари, осталась закрытой, отворились две другие. Первая захлопнулась сразу, как только мужчина за ней понял, что у попавшей в беду женщины есть спутники. Вторая тоже дернулась, но Эль оказалась расторопнее. Она успела вставить ногу между дверью и порогом и радостно воскликнула:

— Вы так добры!

Судя по перекошенному лицу южанина, он уже проклял любопытство или похоть, которые заставили его встать с постели. Эль, не обращая на это внимания и не убирая ногу, заторопила друзей.

— Скорее, скорее!

Тайен почти что вбросил шипящего от боли Караса в здание и прыгнул следом. За ними бурым ореолом в дом ворвались клубы пыли. Пахли они чем-то похожим на гарь. Или же это был затхлый воздух лачуги, в которую они попали.

Хозяин, бранясь по-черному, пинком закрыл дверь.

— Вы кто такие, Херн вас побери? — рявкнул он на незваных гостей.

Эль повернулась, заставляя рукоять меча красноречиво блеснуть в свете лампы. Южанин перевел взгляд с ашари на стрелу в руке Караса и, резко притихнув, шагнул назад.

— Я… Э…

— Мы очень благодарны за то, что вы спасли нам жизнь, — устало произнес Тайен. — Уверяю, мы не причиним вреда. А теперь, может быть, вы будете великодушны и принесете миску с водой и чистую тряпку? Мой друг ранен. Мы найдем, чем отплатить за помощь.

Он сделал упор на слове «отплатить», намекая на монеты. Хозяин, видимо, понял это как угрозу. В его карих глазах отразилась смесь страха и сожаления о собственной глупости, а потом он чуть ли не быстрее пыльной бури исчез в соседней комнате и загремел глиняной посудой.

Маг помог уложить Караса на постели, которая представляла собой всего лишь набитый соломой тюфяк. Эль поднесла к ним лампу и охнула.

— Сколько крови!

Теперь стало заметно, что весь кафтан Караса измазан в крови. Заляпанным оказался и Тайен. Целитель нахмурился и проверил левый рукав. Он успел присохнуть к ране, но на нем, как ни странно, красных пятен почти не было.

— Это не моя. Это Тайена.

Удивившись, маг наклонил голову. На грудь капнуло, и по ткани расползлась алая клякса. Тайен вздрогнул и коснулся усов. По ним из носа текла густая кровь.

Вот она — цена за освещение улицы, огненные шары и поджог одежды.

— Не обращайте внимания, — кисло сказал маг. — Уж это я как-нибудь переживу.

Он попытался встать, чтобы помочь хозяину с приготовлениями, но Эль мягко толкнула его назад.

— Сиди. Мы справимся без тебя.

Ашари засучила рукава туники и ушла в ту же комнату, где шумел южанин. Тайен проследил за ней и уставился на окно, за которым бушевала пыльная буря. Песчинки проникали через рассохшиеся ставни и сыпались на пол, образуя горку.

— Вот и ответ, — тихо сказал Карас.

— Ты о чем?

— О том, надо ли будет искать Кейро. Она сама нас найдет.

Глава 9

В храме было сумрачно. Моления давно закончились, большинство прихожан разошлось по домам. Солнце село, и через узкие окна вместо света в помещения масляными лужами втекала тьма. Изредка по храму ходил бледный послушник с раскосыми глазами — тот самый эманец, который мучил Караса, — и поправлял фитили в лампах, чтобы они давали ровное освещение.

Двери Золотого храма были открыты всегда, гостеприимно привечая всех, кто искал утешения у Всесоздателя. Несмотря на поздний час, страждущие помолиться еще находились. Несколько из них стояли на коленях в передней части храма, у большого золотого алтаря. В Вессалии никому, кроме жрецов, не разрешилось к нему прикасаться, но в Гирантисе каждый желающий мог подойти и положить в чашеобразное углубление свой дар Всесоздателю. Считалось, что тогда Он благосклоннее выслушает просителя.

Недавно Тайен, изображавший прихожанина, бросил туда пару монет. Он удивился, когда в дне чаши вдруг появилось отверстие и деньги с глухим звяканьем ссыпались вниз. Видимо, жрецы не надеялись на честность посетителей храма. Маг их понимал — внешность мужчин, которые склонили головы у алтаря, наталкивала на мысль, что они ждут простачка с тугим кошельком, а не замаливают грехи. Хотя вполне могло оказаться и наоборот — кто-то сегодня уже стал их жертвой, а теперь пора было извиниться за это перед Всесоздателем. Другие посетители, косясь на них, не задерживались в храме.

Сейчас Тайен сидел в углу, подогнув под себя ноги, и сквозь ресницы наблюдал за неприметной лестницей сбоку громадного зала. Эль исчезла в воротах храма с полчаса назад. Судя по тому, что ее нигде не было видно, она уже спустилась со жрецом вниз.