Воин пепла

Сильный удар прервал Тайена на полуслове, выбив из груди вздох. Нет, не так — пробив ее. Распахнутыми глазами маг уставился на костяную рукоять, торчавшую там, где находилось сердце. Откуда?.. А, ну да. Пятый южанин не доставал меча — он умел метать ножи и теперь, скалясь, наблюдал за тем, как Тайен пошатывается и сползает вбок по стене.

Лютая боль обрушилась спустя мгновение после удара. От нее помутилось в глазах и хотелось орать, но спазм сковал тело так, что Тайен не мог издать даже слабого стона. На голову и грудь надавила неподъемная тяжесть; ноги, вдруг ставшие тряпичными, подкосились. Заваливаясь на пол, маг наконец застонал. Но не от боли — от того, что ждало его за чернотой опустившихся век.

…Она страстно прижималась к нему обнаженным горячим телом. Тонкие белые пальцы с длинными ногтями впивались в спину любовника, оставляя царапины. Она сладко, протяжно вскрикивала от каждого толчка. Волосы цвета темной меди рассыпались по кровати с шелковыми простынями и в полутьме казались над любовницей черным нимбом.

Тайен был готов закончить. Он тщетно пытался поймать ее взгляд, но она изгибалась, упоенно запрокидывала голову, прятала от него свои умопомрачительно-синие глаза. Терпеть стало невмоготу. Толчки усилились, кровать ходила ходуном. Восприятие обострилось, и Тайену, разглядевшему отдельные локоны девушки, почудилось, что это шевелятся гадюки.

Он с детства боялся змей.

Страх слился с экстазом. Тайена трясло. Он не мог остановиться, даже когда любовница обернулась огромной змеей и оплела, сдавливая, его плечи. Дышать было трудно, почти невозможно. Мимолетное наслаждение проходило, оставляя мага наедине со смертным ужасом.

Кейро…

Из плена насланных проклятием воспоминаний-кошмаров Тайена вырвал толчок. По телу разлилась волна облегчения. Он приоткрыл веки.

От бандитов остались только пять кучек золы и груда одежды. Карас стоял над магом и изучал нож с костяной рукоятью. Блестящая поверхность клинка перепачкалась в пепле. Крови не было ни следа. Загляни в комнату слуга или посетитель — и они ни за что не смогли бы сказать, что здесь сейчас убили шестерых человек.

Карас безмятежно затянулся трубкой. Помещение наполнил дым, опять сложившийся в силуэт женщины. На сей раз он получился более явственным и совершенно непохожим на Кейро, как Тайену показалось сначала.

— Мне нравится быть твоим телохранителем, — Карас подал ему руку, помогая встать. — Ты всегда делаешь работу за меня.

Тайен фыркнул.

— В следующий раз скажу, что лорд-изгнанник — это ты, а я просто слуга.

— Чтобы тебе поверили, придется расстаться с блестящими тряпками.

— Мне и так придется с ними расстаться. Смотри, тут теперь дырка, — пожаловался маг.

— Зашьешь, — сухо сказал Карас.

— Это шелк. Его так легко не зашьешь.

— Ты великий маг, адан. Ты справишься.

Тайен засунул палец в прореху. К сожалению, чинить вещи магия не умела. Дорогой кафтан испорчен, а рана будет ныть неделю, пока окончательно не заживет. Целая неделя сплошных напоминаний о Кейро и ее «прощальном подарке».

Тайен тихо выругался. Проклятая шлюха хорошо знала, чем увлечь многообещающего мага, отпрыска одного из богатейших родов империи. Если бы только он догадывался, к чему это приведет, никогда не пригрел бы у себя на груди медноволосую гадину. Очень символично, что сегодня его ранили прямо в сердце.

— Кстати, — громко произнес он. — Кому-нибудь в этой комнате известно, кто такой ар-Равед и с какого… счастья меня из-за него убили?

Из темного угла рядом с занавеской раздался смешок. Тени начали сгущаться и оформились в серую человеческую фигуру. Постепенно она уплотнялась, на ней проявлялись цвета, и перед двумя северянами появилась женщина.

Тайен приподнял бровь. Сражаться с таким противником было бы обидно. Шаровары не скрывали стройности ног незнакомки, а пояс, перехватывающий тунику из черной ткани, очерчивал узкую талию. С красивого смуглого лица на мужчин смотрели жгучие глаза, обрамленные пушистыми ресницами. Сочные губы южанки улыбались. Тайен засмотрелся на них и не сразу заметил, что на перевязи у незнакомки висит меч. Прямой, северного типа, а не кривой, как у «праворуких» и воинов эш-Шардама.

— Надеюсь, вы не заодно с этими? — поинтересовался маг, указывая на разлетевшуюся пылью золу.

Женщина рассмеялась.

— Ты неплохо с ними справился, — сказала она на чистом вессалийском, родном языке Тайена. — Слухи говорят о тебе правду.

— Мы прибыли в эш-Шардам всего два дня назад, а о нас уже ходят слухи? — деланно удивился он.

— У меня есть другие источники, — незнакомка шагнула вперед и с брезгливым видом перевернула ногой валявшийся на полу кафтан. — Теперь в городе о вас наверняка будут болтать многое, и исключительно шепотом.

— Признаться, меня бы устроило, чтобы о нас не говорили вовсе.