Воин пепла

— Но вы же хотели нанять людей, разве нет? — залепетал он. — В Ориве никто об этом не расскажет, я клянусь! Жрецы запрещают нам верить в духов леса, которые заботятся о животных. Они говорят, что один Всесоздатель такое может и что нельзя поклоняться Леду, как мы делаем. В Талаге поэтому даже храма нет. И нашего целителя, который людей мог из Подземных чертогов Хада вернуть, в Ориве не приняли. Казнить хотели за то, что он не Всесоздателю, а покровителю лесов кланяется.

Тайен тяжело сел обратно на лавку.

— Провались все к демонам!

Точно, об этом целителе ему говорил жрец Клементос. И еще он, помнится, добавил, что тот маг был мятежником.

Мысль повела Тайена дальше. «Нашего целителя», «запрещают верить в духов леса», подозрительно хорошая военная организация у обычных крестьян…

— Херн вас побери, — устало произнес он. — Здесь совсем не от демонов частокол и часовая вышка, так ведь?

— Я ничего такого не ведаю, господин, — буркнул Шикари, сообразивший, что сболтнул лишнего. — Я простой охотник.

Маг потянулся за кружкой и залпом допил пиво до дна.

Рассадник мятежников в двух днях пешего пути от Оривы. Интересно, знает ли об этом Игнатос? Если знает, почему ничего не делает? Повернувшись, Тайен с прищуром оглядел Шикари. Граф предпочел умолчать о том, что он пообещал пареньку за помощь. Может, он вовсе не бездействует. Или это Шикари водит его за нос? А главное, что теперь — предупреждать дядю о Бере и целой деревне, которая поклоняется лесным духам вместо Всесоздателя, или нет? Тратить ли драгоценное время?

— От твоей морды молоко скиснет, — сказал Карас на языке пустынь, чтобы охотник ничего не понял. — Я понимаю, что его сиятельство тебе близок. Но если ввяжешь меня в распрю между ним и местными жителями, уйду, не раздумывая. Это не наша война. Я в армии навоевался достаточно. Не хочу быть причиной новой битвы, в которой люди будут погибать только за то, что верят в других богов.

— Согласна, — добавила Эль тоже на наречии Гирантиса. — Граф тебе помог, но вся его помощь обратится в прах, если мы сейчас развернемся обратно. К тому же посмотри: судьба нам благоволит. У Кейро осталось меньше людей. Надо догонять ее как можно скорее, пока не упустили!

Тайен вздохнул.

— Да, да, я все понимаю.

Он налил себе еще пива из кувшина и заглянул в кружку. Жидкость была темной, с осадком. Она вдруг напомнила воду в реке, которая текла через город. Мутная вода, название Оривы на вессалийском.

Игнатос не может не знать о целой деревне, которая поставила вокруг себя частокол и тренируется под началом опытного пехотинца. Дядя не дурак. А если он до сих пор не сложил два и два, то это будет его личной бедой. Действительно, у Тайена сейчас есть проблемы поважнее, чем окунаться с головой в омут местных интриг.

Тем более что граф просил его не возвращаться в Ориву.

— После Билимы вы должны проследить, чтобы Игнатос обо всем узнал, — Тайен по очереди внимательно посмотрел на друзей. — Обещаете мне?

Карас кивнул. Эль фыркнула.

— Сам и проследишь.

— Не смогу, даже если захочу. Мне в Ориву путь заказан. Так обещаешь или нет?

Она закатила глаза.

— Ладно. Обещаю. Клянусь Хадом, если тебе так больше понравится.

— Не терзайся сомнениями, а лучше вот о чем подумай, адан. Что-то мне подсказывает, что благословение леса или Леда — это на самом деле благословение Херна.

— Тут и думать нечего, — оборвала ашари. — Конечно это оно!

— Тогда нам нужно остановить Кейро задолго до того, как она дойдет до Билимы. Мы и вдесятером не справимся с демоном, который умеет поднимать из мертвых. А главное, делает это запертый в магическую тюрьму.

— Ты прав, — качнул головой Тайен.

Страшно представить, на что будет способен Первый отступник, когда его высвободят из клетки.

— Господин, — кашлянул Шикари. — Бер уже идет. Так вы решили? Мне продолжать говорить всем, что на вас благословение леса?

Тайен поморщился.

— Продолжай. И перестань называть меня господином. «Господина» казнили в Ориве.

— Кто тогда остался вместо него? — робко спросил охотник.

— Адан, — тихо сказал Карас.

— Ты все время его так называешь, — оживилась Эль, радостная от того, что можно перевести тему. — Это на эманском? Как это переводится? Тоже «господин»? В чем тогда смысл?

Целитель, прикрыв веки, затрясся от беззвучного смеха. Тайен вздохнул еще тяжелее, чем раньше.

— Адан в переводе с эманского означает «дурак», — пояснил маг. — Он меня так называл с самого начала, как только перешел со службы в армии. Думал, я настолько глуп, что поверю в его уважительное отношение и не стану искать эманца, который это переведет. Карасу повезло, что я восхитился его смекалкой, потому что любой другой аристократ привел бы его за такое на виселицу. А на тебе, Карас, — Тайен усмехнулся, — я, пожалуй, проверю благословение леса, когда мы доберемся до Билимы.

Часть 4. Предательство

Глава 18

Ярко-зеленая ряска колыхалась на воде, гася волны. Весло мягко опустилось под темную поверхность, нарушив узор зелени, толкнуло лодку вперед, вынырнуло и снова погрузилось в реку.