Война Москвы и Твери. Правда о рождении России

Как уже упоминалось выше, в большинстве случаев конечным пунктом для европейских купцов оказывался Новгород, стремившийся держать в своих руках и торговлю с другими областями Руси [132]. По договору 1260 года «немцы» могли торговать помимо Новгорода на острове Котлин и в Кореле, но первый отвечал за безопасность гостя лишь в том случае, если торговец сопровождался новгородцем. Дальше – Волго-Каспийский путь, основными центрами которого были Булгар, Саксин и Амоль (на южном берегу Каспийского моря). Что касается значения Саксина как торгового центра, то здесь существуют значительные разногласия. Точное местоположение и характер этого города неизвестны. Скорее всего, как предположил Сафаргалиев [133], Саксин – это Итиль, а саксины – потомки хазар. Торговые связи по Волге были довольно устойчивы. При Бату и Берки русские только усилили свои позиции. Уже в 1263 году египетские послы, направлявшиеся в Каракорум, отмечали, что на Волге «постоянно видны плавающие русские суда»[134]. Это вовсе не было каким-то кратковременным всплеском, торговля по Волге оставалась в руках русских купцов, что засвидетельствовано арабскими авторами

[135]. Во многих ордынских городах появляются колонии русских купцов. Монгольские ханы покровительствовали торговле. Сама Орда как государственное образование во многом, как сказано, существовала за счёт транзитной торговли. Орда стремилась к стабилизации цен, проводила политику невмешательства в экономическую жизнь. В результате цены были нестабильными и низкими. В Орде существовали системы безналичного учета денег и прообразы современных «свободных экономических зон» вроде Хаджитархана, освобождённого от податей и налогов. Для купцов, видимо, существовали гарантии неприкосновенности их личности и товара. Всё это было исключительно выгодно для суздальцев и новгородцев, контролировавших огромные пути от Финского залива до иранского Мазендарана («Письма» Рашид ад-Дина, Х. Казвини) [136] [137]. В самой Ганзе с 1268 года шла борьба за преобладание в северо-восточной торговле, эта борьба оканчивается победой Любека. Для XIV века известно два случая проникновения в Новгород ломбардских купцов, которые торговали оружием, но были изгнаны ганзейцами [138]. Орден, папство и шведы стремились, препятствовать вообще любой торговле, что приводило к конфликтам между ними и Ганзой. Во второй половине XIII века, несмотря на крестоносную экспансию в Прибалтике, продолжалось русское мореплавание на Балтийском море. Рост торговли и богатства Северной Руси вызвал не итолько подъём архитектуры, искусства, вооружения и материального богатства. Для хорошего содержания своих торговых путей от Финского залива до слияния рек (Волги и Оки, а рядом – и Клязьмы) у Нижнего Новгорода русские серьёзно вкладывались в инфраструктуру. С середины XIII века Старая Ладога становится крупным портом для больших морских судов

[139], для передвижения же по Волхову используются большие специальные паромообразные плоскодонные суда

[140]. В разных местах, особенно в районе Белоозера, найдены следы работ по расширению русел рек вблизи водоразделов. Существовали и другие пути торговли с Востоком. Под 1096 г. в ПВЛ записана легенда о путешествии новгородцев к горам и побережью на север от Югры и обнаружении там знаменитого прохода, заделанного в своё время Александром Македонским. По сообщению Ипатьевской летописи под 1114 годом, ладожский посадник Павел рассказал, что «ещё мужи старии ходили за Югру и за Самоядь» – в полунощные страны. Древний путь в Приобье шёл от Устюга по Вычегде в бассейн Печоры, а из Печоры, по притоку Усе, через Уральский хребет в Собь – приток Оби. Другой путь из Печоры на Обь шёл южнее, к Березову [141]. К началу XIV века новгородцы уже утвердились в этих землях. Серебро было главной целью (после мехов

) русских купцов в этом районе, несмотря на то, что собственных серебряных рудников здесь не было [142][143]. Причём они расширялись прямо у ордынской границы. Согласно сведениям арабских авторов, из Новгорода этим путём можно было добраться до Монголии и Китая (т. е. минуя Орду левобережьем Оби). Сделка с Ордой (по 2000 лёгких рублей = 1000 новгородских гривен за земли Югры) оказалась действительно выгодной нашему средневековому Нью-Йорку. Да и Москва, Ростов и Дмитров с Тверью неплохо поимели от этого. Ведь помимо портов и каналов хороший толчок к развитию получило и речное судостроение в Твери, Кашине, Москве, Рязани. По «Путешествию сэра Мандевилля» (начало XIV в.), этот Обский путь вёл в Индию, доходившую, по мнению автора, до крайнего севера Азии. Действительно, русские купцы добирались до Ханбалыка (Пекин), где существовала русская колония, привозя сюда, помимо прочего, дорогой русский сафьян [144]. Потомков русских колонистов встречал в Китае в XVI веке португальский путешественник Мендиш Пинту [145].