Война Москвы и Твери. Правда о рождении России

В 1215 году Ярослав Всеволодович (отец Невского) был приглашен на княжение в Великий Новгород. Лаврентьевская летопись утверждает что перед этим новгородцы изгнали Мстислава Мстиславича, но, согласно Новгородской летописи старшего извода (которой историки, как правило, больше доверяют), Мстислав сам ушел на юг. И при этом расстался с новгородцами ровно, по-хорошему. Как заметил Сухарев Ю. В., править здесь Ярослав стал почему-то властно и жестко, даже жестоко. Двое знатных бояр скоро были закованы и сосланы в Тверь. Это вызвало цепную реакцию. Начались волнения и борьба партий. По крайней мере два двора были разграблены. Один из дворов принадлежал тысяцкому Якуну Намнежичу. Второй – боярину Овстрату, который вместе с сыном был убит. Янин В. Л. считает, что Ярослав Всеволодович решил продолжить политику отца «разделяй и властвуй». Он попытался спровоцировать конфликт между боярскими группировками, чтобы, играя на их противоречиях, усилить свою власть. Но не получилось. Дальнейшее развитие событий привело к консолидации новгородцев. В Новгороде ему оставаться было даже опасно. Он переехал в пограничный город Торжок. И перекрыл подвоз хлеба из «низовой земли». Новгородцы стали закупать хлеб в Ливонии, но вместе с тем послали к Ярославу посольство с просьбой вернуться. Посланцы были задержаны. Та же судьба постигла следующее посольство, которое возглавлял посадник Юрий Иванович. И следующее тоже было задержано. Вёл себя Ярослав, поставив на кон силу Суздальской земли и помощь – в случае необходимости – войском от старшего брата Юрия, Великого князя Владимирского. На помощь Новгороду пришел тесть Ярослава – Мстислав Удалой. Он прибыл в Новгород, где схватил и перековал сторонников Ярослава. После этого он отправил своему зятю священника с предложением мира. Ярослав мир отверг и приказал схватить и сослать в Суздальскую землю всех новгородцев, которые были в Торжке. Это был казус белли. Началась война. Кроме новгородцев, в этой войне приняли участие жители Смоленского и Владимиро-Суздальского княжеств. Ярослава поддержал его брат – великий князь Владимирский Юрий. К ним присоединились Святослав и Иван. Мстислав заключил союз со старшим Всеволодовичем – Константином и позвал на помощь своих родственников – смоленских князей Ростиславичей. В Лаврентьевской летописи про эту войну сказано очень мало. И это вполне понятно. Неохота писать про такой страшный разгром. Да на своей земле. И разгром ещё более тотальный, чем при Андрее Боголюбском. Более подробно эта война описана в Новгородской летописи. В результате маневров две армии сошлись около реки Липицы (апрель 1216-го). Согласно Новгородской летописи, Мстислав и Константин неоднократно предлагали своим соперникам мир, но Юрий, Ярослав и присоединившиеся к ним Святослав и Иван все предложения отвергли. Мстислав решил нанести главный удар отрядами новгородцев при поддержке смолян по правому флангу Всеволодовичей, где стояли стяги Ярослава. Сухарев Ю. В. считает, что это было верно и психологически – поставить против него новгородцев, горевших желанием отомстить за голод, поборы, «обиду» послов. Новгородцы предпочли идти в бой пешими. У них была такая фишка. Подъехать к месту боя на конях – для мобильности, а потом сойти с коней и атаковать сомкнутым строем тяжёлой пехоты с длинными копьями. Спешились и смоляне. Преодолев болотистую, заросшую кустарником долину ручья, под градом стрел они поднялись по крутому склону и ударили на конных ярославовых воинов. Снизу вверх. После долгой битвы воины Ярослава не выдержали и стали потихоньку пятиться. Упорные и злые северяне напирали всё сильнее, и строй Ярослава начал потихоньку пятиться всё сильнее и сильнее. Тем самым Ярослав оголял войска остальных братьев, которые, продолжая держаться на месте, всё больше оказывались под угрозой окружения. Новгородцы и смоленцы всё глубже и глубже обходили их с фланга, оставляемого воинами Ярослава. И они тоже побежали. Битва превратилась в избиение. В этой битве погибло 9233 русских воина. Больше, чем на Сити в 1238 году. Великий князь Юрий, утомив трех коней под собой, на четвёртом прискакал во Владимир, где оставались одни старцы, дети, женщины и монахи. Видя вдали скачущего всадника, они думали, что князь их одержал победу и шлёт к ним гонца, но сей мнимый радостный вестник был сам Юрий, он оказался расторопнейшим жокеем в войске: без кольчуги и шлема явился в одной рубашке под стенами столицы, в шоке ездил вокруг стены и кричал, пугая верных подданных. Кричал о том, что нужно срочно укреплять стольный город, ибо войско разбито и враг скоро будет у ворот. Но потери оказались настолько велики, что дух защитников столицы окончательно упал. Это было самое крупное и самое кровопролитное междоусобное сражение за всю историю средневековой Руси. И Владимир капитулировал на милость победителя, открыв ворота. Так что Новгород – орешек твёрдый. С другой стороны – Орда. Это да. НО. Это уже не общемонгольская армия Бату или Хулагу в 50 000 человек с порохом и отличными китайскими камнемётными машинами. Этого у Золотой Орды не осталось. Вот конница – хороша. С другой стороны – конец XIII – начало XIV века. Разбитая Европа вернулась из крестовых походов. Но вернулась с новыми знаниями. И от монголов кое-что усвоила в организации войск и тактике. А Новгород как лупил тевтонов-скандинавов (шведов и датчан), то есть отнюдь не самых хилых ботаников Европы, так и лупит. Ну не всегда, конечно, но выпер их и из Финского залива, и из Белого моря, став монополистом мехов-жемчугов и лучших строевых и корабельных лесов. Держа важнейшие коммуникации Северного шёлкового пути. Не без помощи Владимира, конечно.