Война Польши против Советской России. Воспоминания главнокомандующего польской армией, 1919–1921

Большевистские правители также мечтали отрезать Польшу от Гданьска, через который поступали необходимые для польского сопротивления боеприпасы и снаряжение под прикрытием кораблей французского военного флота, которые пугали рабочих этого порта, вопреки прогнозам Тухачевского и обещаниям гданьских коммунистов.

Взятие Варшавы, намеченное на 12 августа, помимо уже названных выгод, позволило бы Тухачевскому установить в Польше коммунистическое правительство и тем самым обеспечить себе ценного союзника. Это правительство, через официальную коммунистическую пропаганду, могло бы внести анархию в ряды польской армии, чем сломить последние силы сопротивления противника в соответствии с методикой, показавшей большую эффективность по отношению к русским контрреволюционерам.

Провозглашение в Варшаве советского правительства логично привело бы к созданию польской Красной армии, вербовка добровольцев в которую, открытая в Вильне и Белостоке, не дала практически никаких результатов.

Захват польской столицы позволил бы организовать пропаганду на все страны с целью устроить всеобщую революцию в Европе, первые толчки которой уже ощущались. Одним словом, падение Варшавы отдавало в руки Советов не только полезное орудие внутри Польши, но еще и грозное оружие на международной арене.

Эти соблазнительные с первого взгляда перспективы логически приводили к необходимости:

а) как можно скорее взять Варшаву;

б) быстро оккупировать западную часть Польши;

в) перерезать связь Польши с морем.

Для всего этого следовало форсировать Неман и продолжить преследование.

Исполнение этого решения зависело, как и всегда, от трех главных факторов: противника, положения русских войск на Западном фронте и местности, на которой будут разворачиваться события. Все эти три элемента диктовали осуществление наступления мощным правым флангом.

На деле Тухачевский, решив завершить войну решительным глубоким наступлением, ожидал, в соответствии с полученными им разведданными, встретить главные польские силы в районе Цеханув — Модлин — Варшава. Он ошибочно оценивал эти силы в 70 000 штыков и сабель. Поэтому он был убежден, что положение противника в полной мере оправдывает сосредоточение крупных сил на правом фланге русских.

Второй фактор, влиявший на решение командующего Западным фронтом, также побуждал его перенести главные усилия на свой правый фланг.

Итак, его диспозиция оставалась в целом неизменной, начиная с 4 июля. Тухачевский, наступавший на Варшаву, имел на своем правом фланге три армии, которые мог использовать как для лобовой атаки, так и для глубокого охвата польского левого фланга.

Влияние рельефа местности на решение Тухачевского в 1920 г

Для понимания маневра Тухачевского следует рассмотреть третий фактор, влиявший на принятие им решения, то есть на стратегическое влияние рельефа местности, который мы описали применительно к Варшавскому операционному театру и его укреплениям.

Наша первая естественная оборонительная линия пала, когда Тухачевский, наступавший в 1920 г. на Варшаву, взял Гродно, форсировал средний Неман, обошел Беловежскую Пущу и появился перед Волковыском в тот момент, когда пал Брест-над-Бугом, где большевистские войска Юго-Западного фронта стали хозяевами среднего Буга. Противник видел перед собой свободные пути, ведущие внутрь Польши, о чем мы говорили в начале нашего исследования.

Наступавший на Варшаву Тухачевский имел преувеличенное представление о фортификационных работах, проводившихся нами с середины июля на Варшавском передовом плацдарме; он преувеличивал способность этих укреплений к сопротивлению. Почему и высказывался в пользу обхода передового плацдарма, дабы избежать ожидаемых трудностей.

Он поддерживал этот проект еще и по другой причине. Враг, наступающий на Варшаву с востока или севера, должен предварительно форсировать такую мощную стратегическую преграду, как Висла, а эта операция может таить в себе много опасностей для него. Действительно, как следует из нашего описания театра военных действий, местность под Варшавой мало пригодна для силового прорыва с востока на запад, в то время как мосты в Вышогруде и Влоцлавеке дают их обладателю господство над рекой. То есть сломить сопротивление города будет проще, атаковав его с тыла, по классическому примеру кампании 1831 г.

И другие топографические соображения, как мы знаем, подталкивали Тухачевского направиться к вышогрудским, плоцким и влоцлавекским мостам. Его войска шли на Варшаву своим правым флангом, имея выбор всего из двух вариантов:

1. Или — я уже указывал это, анализируя приказ польского Верховного командования от 6 августа — броситься на юг от Буга через постоянные мосты Балкина, Брока или, наконец, Вышкува, и атаковать Варшаву с востока на запад.