Война забытая, Война оболганная

Кстати, гипотетическое наличие Хрущева в кортеже вполне объясняет и этот момент – уж ему-то перечить и пытаться образумить было совершенно бесполезно. Однако, вернемся к тому, как Ватутина «спасали». Вывозить его с места боя пришлось на крестьянских санях – все машины то ли были подбиты, то ли заглохли. Ну, допустим… (Хотя, автомобилей, как мы помним было четыре). Ухудшаться состояние раненого стало уже при такой тряской транспортировке – что неудивительно. Первую помощь командующему фронтом (!) оказывали то ли в медсанбате танковой части, то ли каким-то «случайным военврачом», которого «удалось найти в расквартированной в одном из сел на постой воинской части». Произошло это через целых шесть часов после ранения. Первую же квалифицированную помощь командующий получил во фронтовом госпитале в Ровно, куда его насилу смогли доставить. Вот тут снова волей-неволей возникает вопрос: «Да как же так?! Ну, не 41-й год с его хаосом и ужасом! И речь идет не просто о командире высокого ранга, а об одном из лучших полководцев РККА!». И при этом всем – такая потрясающая безалаберность… Или все-таки что-то другое?! Никакой безалаберностью или недомыслием нельзя объяснить действия Хрущева, настоявшего на том, чтобы Ватутина из Ровно вместо эвакуации самолетом в Москву (как это планировалось изначально) отправили поездом в Киев! Он почему-то очень не хотел, чтобы командующий Первым Украинским оказался в столице, а еще больше его страшила перспектива того, что Ватутин выживет.

Право на жизнь подобного допущения доказывает как минимум тот трагический факт, что как раз в Киеве под «чутким руководством» Никиты Сергеевича Ватутина, изначально уверенного в том, что к командованию фронтом он вернется недели через три, «залечили» до смерти. Не помогли ни спешно прибывшие из Москвы медицинские светила высочайшего класса (в спасении генерала принимал участие лично Главный хирург РККА Николай Бурденко и целая плеяда других прославленных докторов), ни применение едва появившегося тогда в СССР пенициллина, считавшегося «чудо-лекарством», ни даже запоздалая ампутация раненой конечности, на которой настоял Николай Нилович. Время было упущено непоправимо, и 15 апреля 1944 года сердце Николая Ватутина перестало биться…

«Каков мотив Хрущева», – спросите вы? Он более, чем очевиден. Война неумолимо катилась к концу. Вернее сказать – двигалась к Победе. Николай Ватутин был не просто одним из лучших полководцев – за ним навеки закрепилась слава освободителя и спасителя Украины. Впоследствии именно он, а не Хрущев, с полнейшим позором проваливавший дело на всех участках фронта, вполне мог возглавить республику. Кроме того, он мог просто знать о Никите нечто такое, что напрочь сломало бы его карьеру – не будем забывать, что в процессе той же Сталинградской битвы исправлять все, что наломал Хрущев, вынужден был как раз Ватутин. Да и вообще, слишком часто пересекались они на военных дорогах… А если вспомнить, с каким рвением Хрущев, дорвавшись потом до власти, принялся спасать тех же «воякив УПА», подозрения начинают напрашиваться и вовсе совсем уж нехорошие. Что, если засада в Милятино действительно была не случайной, вот только стояли за ней вовсе не немцы?! Впрочем, для детальной и обоснованной разработки этой версии фактов все-таки недостаточно, а потому предоставлю вам, дорогие читатели, самостоятельно судить о ее правдоподобности.

Часть восьмая. Тайны Великой войны

У Великой Отечественной, как и у любой другой войны есть свои тайные страницы. Многие из них, помеченные грифом «совершенно секретно», надежно укрыты в архивах и спецхранах соответствующих ведомств. Возможно, когда-нибудь, по истечению положенных сроков давности, наши потомки узнают о том времени и его людях нечто, пока неизвестное нам. А, возможно, и нет – ведь некоторые секреты остаются такими навечно. Увы, многие из загадок Великой войны не будут раскрыты никогда, поскольку уже нет ни документов, ни свидетелей, ни чего-либо еще, способного пролить на них свет. Нам остается лишь строить догадки и выдвигать версии. Тем не менее, в этой части книги рассказ будет о вещах, вроде бы давно «разобранных по косточкам», но перевранных и оболганных так, что их истинные суть и смысл для подавляющего большинства людей неизвестны.

Кто на самом деле сорвал ядерную программу Гитлера?

Несколько лет назад мировые СМИ сообщили о кончине норвежца Йоахима Реннеберга. Во многих публикациях западных изданий его именовали не иначе, как «человек, сорвавший ядерную программу нацистской Германии». За что покойный удостоился такой чести и соответствует ли это утверждение действительности?

О Реннеберге обычно упоминают, как об «участнике норвежского сопротивления». На самом деле все обстоит несколько иначе – фактически он, как и все его соратники, был штатным сотрудником британского Управления специальных операций. Отсюда и такое стремление Запада представить его едва ли не спасителем человечества и главным героем Второй Мировой. Но что же этот человек совершил?