Читаем Восемь религий, которые правят миром. Все об их соперничестве, сходстве и различиях полностью

22 Уильям Баском, «Шестнадцать каури: путь гадания йоруба из Африки в Новый Свет» (William Bascom, Sixteen Cowries: Yoruba Divination from Africa to the New World, Bloomington: Indiana Univ. Press, 1980), 45.

23 Томпсон, «Вспышка духа», 5.

24

Микелле Смит Омари-Тункара, «Манипулирование сакральным: искусство и ритуалы йоруба в бразильской кандомбле и ее сопротивление» (Mikelle Smith Omari-Tunkara, Manipulating the Sacred: Yoruba Art, Ritual and Resistance in Brazilian Candomble, Detroit: Wayne State Univ. Press, 2006), 35.

25 Джонсон, «Тайны, сплетни и боги», 56.

26 Вдохновенную критику протяженностью в целую книгу, критику, направленную на склонность ученых делить религиозные феномены по принадлежности к «почтенному Востоку, хранящему историю» и «прогрессивному Западу, создающему историю», см. в: Томоко Масудзава, «Изобретение мировых религий, или Как европейский универсализм сохранился в языке плюрализма» (Tomoko Masuzawa, The Invention of World Religions: Or, How European Universalism Was Preserved in the Language of Pluralism,

Chicago: Univ. of Chicago Press, 2005), 4. Хотя я разделяю скептическое отношение Масудзавы к широко распространенному мнению, будто бы «все религии повсюду одинаковы по сути» (9), я не согласен с ее утверждением, что концепция «мировой религии» (придуманная и поощряемая в контексте колониальных стремлений) недопустима. Кроме того, у меня вызывают неловкость неизбежные оценочные суждения, вытекающие из этой фразы (например, христианство как «универсалистская» религия лучше иудаизма как «этнической» религии). Но подобно термину «религия», термин «мировая религия» начал вести свою жизнь за пределами академических кругов, поэтому уничтожить его не представляется возможным. Все, что остается ученым, – подправить его, и я надеюсь сделать это здесь, приведя доводы ученых и приверженцев религии йоруба в споре о пути ориша как одной из великих религий.

27 В этом вопросе основное влияние на меня оказали труд Олупоны и Рея «Поклонение ориша», а также беседы с моим другом Онадже Вудбайном, кандидатом наук и сотрудником кафедры религиоведения и богословия в Бостонском университете. Кроме того, я признателен своему бывшему коллеге по Бостонскому университету Ванде Абимбола за то, что он сумел ненавязчиво привлечь мое внимание к важности этой традиции. Абим-бола не только ученый, но и жрец йоруба, и бабалаво: в 1981 году оони в Ифе провозгласил его Ависе Аво Агбайе («всемирным выразителем интересов ифа и религии йоруба»). И наконец, я благодарен незнакомой женщине из народа акан, инициированной Абимболой много лет назад, которая в 2009 году на публичном диспуте в Луисвилле, Кентукки, призвала меня относиться к африканским религиям со всей серьезностью, которой они заслуживают.

28 Олупона и Рей, вступление к «Поклонению ориша», 4. По другим оценкам, численность западноафриканских йоруба колеблется в пределах от 20 до 50 миллионов.

29 Баском, «Йоруба юго-запада Нигерии», 1.

30

Шойинка, «Толерантные боги» в Олупона и Рей, «Поклонение ориша», 44.

31 Как утверждает Мигель де ла Торре в «Сантерии», поклонение ориша объединяется с протестантизмом – «в ямайских группах «Возрождение» и «Покомания», а также «в тринидадской группе духовных баптистов, или «крикунов» (xiv). К прочим протестантским носителям культуры йоруба относятся «кумина и конвинсе на Ямайке, «большой барабан» в Гренаде, кариока и келе в Сент-Люсии», Лесли ДжАеманглс, «Карибские религии, производные от африканских» в «Энциклопедии африканских и афроамериканских религий» под ред. Стивена Д. Глазьера (Stephen D. Glazier, ed. Encyclopedia of African and African-American Religions, New York: Routledge, 2001), 78.

32 В личной беседе с Джозефом Мерфи, 21 июля 2009 года. Согласно исследованиям 1954 года, четверть кубинских католиков по крайней мере изредка обращаются к santero или santera. См.: Agrupacion Catolica Unversitaria, Encuesta Nacional sobre el Sentimiento Religioso del Pueblo de Cuba,

Habana: Buro de Information y Propaganda de la ACU, 1954), 37, процитировано в: Торре, «Сантерия», 170–171.

33 Акинтунде Акинаде, «Макумба» в «Энциклопедии африканских и афроамериканских религий» под ред. Стивена Д. Глазьера (Stephen D. Glazier, ed. Encyclopedia of African and African-American Religions, New York: Routledge, 2001), 177.

34 «Бразилия: международный отсчет 2007 года о свободе вероисповедания» («Bureau of Democracy, Human Rights and Labor», U. S. Department of State, http://www.state.goV/g/drl/rls/irf/2007/90244.htm.

35 Джонсон, «Тайны, сплетни и боги», 198.

Перейти на страницу:

Похожие книги

ОТКРЫТОСТЬ БЕЗДНЕ. ВСТРЕЧИ С ДОСТОЕВСКИМ
ОТКРЫТОСТЬ БЕЗДНЕ. ВСТРЕЧИ С ДОСТОЕВСКИМ

Творчество Достоевского постигается в свете его исповедания веры: «Если бы как-нибудь оказалось... что Христос вне истины и истина вне Христа, то я предпочел бы остаться с Христом вне истины...» (вне любой философской и религиозной идеи, вне любого мировоззрения). Автор исследует, как этот внутренний свет пробивается сквозь «точки безумия» героя Достоевского, в колебаниях между «идеалом Мадонны» и «идеалом содомским», – и пытается понять внутренний строй единого ненаписанного романа («Жития великого грешника»), отражением которого были пять написанных великих романов, начиная с «Преступления и наказания». Полемические гиперболы Достоевского связываются со становлением его стиля. Прослеживается, как вспышки ксенофобии снимаются в порывах к всемирной отзывчивости, к планете без ненависти («Сон смешного человека»). Творчество Достоевского постигается в свете его исповедания веры: «Если бы как-нибудь оказалось... что Христос вне истины и истина вне Христа, то я предпочел бы остаться с Христом вне истины...» (вне любой философской и религиозной идеи, вне любого мировоззрения). Автор исследует, как этот внутренний свет пробивается сквозь «точки безумия» героя Достоевского, в колебаниях между «идеалом Мадонны» и «идеалом содомским», – и пытается понять внутренний строй единого ненаписанного романа («Жития великого грешника»), отражением которого были пять написанных великих романов, начиная с «Преступления и наказания». Полемические гиперболы Достоевского связываются со становлением его стиля. Прослеживается, как вспышки ксенофобии снимаются в порывах к всемирной отзывчивости, к планете без ненависти («Сон смешного человека»). Творчество Достоевского постигается в свете его исповедания веры: «Если бы как-нибудь оказалось... что Христос вне истины и истина вне Христа, то я предпочел бы остаться с Христом вне истины...» (вне любой философской и религиозной идеи, вне любого мировоззрения). Автор исследует, как этот внутренний свет пробивается сквозь «точки безумия» героя Достоевского, в колебаниях между «идеалом Мадонны» и «идеалом содомским», – и пытается понять внутренний строй единого ненаписанного романа («Жития великого грешника»), отражением которого были пять написанных великих романов, начиная с «Преступления и наказания». Полемические гиперболы Достоевского связываются со становлением его стиля. Прослеживается, как вспышки ксенофобии снимаются в порывах к всемирной отзывчивости, к планете без ненависти («Сон смешного человека»).

Григорий Соломонович Померанц , Григорий Померанц

Критика / Философия / Религиоведение / Образование и наука / Документальное