Восприятие мира у детей

Хорошо видно, насколько спонтанны ответы детей. Мы высказывали предположения, которые им противоречат, но это ничего не меняло. Вопрос о том, действительно ли небесные светила следуют за нами или нам только кажется, остается непонятым. Вопрос про двух прохожих, идущих в разных направлениях, озадачивает ребенка, но не переубеждает его. Ответы детей на второй и третьей стадии показывают, насколько прочное и систематическое (в сравнении с ними) убеждение обнаруживают ответы детей на первой стадии.

Вот примеры второй стадии: светила следуют за нами, при этом оставаясь неподвижными.

Сарт (11;5): «Луна движется? – Да. – Когда мы гуляем, что происходит? – Мы видим, что она всегда идет вперед. – Она за нами идет или нет? – Она за нами идет, потому что она большая. – Она идет вперед или нет? – Да. – Когда луна идет за нами, она движется или нет? – …Не знаю». Сарт явно не понимает: с одной стороны, ему кажется, что луна за нами идет, а с другой, что она не движется. Сарт не может разрешить это противоречие.

Люг (12;3) не удовлетворяется, как Сарт, двумя противоречащими убеждениями, он пытается их примирить: «Что делает луна, когда мы гуляем? – Она идет за нами. – Почему? – Ее лучи идут за нами. – Она движется? – Она движется, идет за нами. – Тогда скажи… [пример с двумя прохожими, идущими в противоположном направлении]. – Она остается на месте. Она не может идти сразу за обоими. – Уже так случалось, что она не шла за тобой? – Иногда, когда мы бегаем. – Почему? – Мы слишком быстро бегаем. – Почему она ходит за нами? – Чтобы увидеть, куда мы идем. – Она нас видит? – Да. – Когда в городе много людей, что она делает? – Она идет за кем-то другим. – За кем? – За многими. – А как она это делает? – Лучами. – Она за ними взаправду идет? – Можно сказать, что это мы, а можно сказать, что луна. – Она движется? – Она движется. – А как она это делает? – Она стоит на месте, а лучи следуют за нами [!]».

Брюл (8 лет): «Что делает солнце, когда мы гуляем? – Оно идет за нами. – Почему? – Чтобы нам светить. – Оно нас видит? – Да. – Значит, оно идет вперед? – Вроде нет. – Тогда кто же идет за нами? – Оно идет за нами, но остается на месте [!]. – А как это получается? – Когда мы идем, если оглянуться, оно по-прежнему будет над головой. – Как это получается? – Когда люди хотят на него посмотреть, все они видят его над головой». Брюл потом объясняет, что оно «остается на месте», но посылает нам «свои лучи».

Хорошо видно, в чем заключаются эти убеждения. Ребенок продолжает верить, что солнце следует за нами. При этом он обнаружил сам (мы увидим это на примере Марта, который понял это в результате эксперимента) или откуда-то узнал, что солнце не движется. Он не понимает, как это возможно одновременно. Поэтому, как и Сарт, он принимает эти два противоречивых факта, не пытаясь их примирить: к тому же Сарт очевидно знает, что небесные светила «большие», но не понимает значения этого, что видно из его умозаключений. Или, как Люг и Брюл, ребенок искал объяснение самостоятельно и предположил, что солнце и луна неподвижны, но их лучи следуют за нами.

Приведем два случая, находящиеся между второй и третьей – стадиями: