Восстановление Римской империи. Реформаторы Церкви и претенденты на власть

Этот процесс неожиданно усилился в середине XII в. Папа римский Евгений (1145–1153) издал двенадцать официальных постановлений – декреталий – за шесть или около того лет своего правления, Адриан IV (1154–1159) – лишь восемь за пять лет, а папа Александр III (1159–1181) – 713 за двадцать два года. Другими словами, понадобилось около двадцати лет, чтобы все выводы «Декрета» Грациана пробили себе дорогу в церковном мире западноевропейского христианства, но, как только они это сделали, на долю папской власти выпало решать одну за другой новые задачи. Некоторые из этих постановлений были приняты по небольшим повседневным делам, и лишь относительно немногие имели отношение к серьезным разногласиям, а многие (некоторые современники жаловались, что слишком многие) включали «раздачу слонов» – милостей – и демонстрировали отсутствие какого-либо вникания в этот процесс. Но общий эффект от потока просьб и ответного потока декреталий практически и символически поставил папскую власть в центр всех процессов, происходивших в латинском христианском мире. Поэтому очень быстро стало необходимо собирать ответы, которые папы римские давали в своих письмах, так как некоторые из них решительным образом изменяли закон. При изучении законодательства Карла Великого и его преемников могло показаться, что необходимость собирать все новые постановления была не сразу осознана, по крайней мере не на вершине власти. Первые попытки собирать новые папские декреталии, по-видимому, были несанкционированными и являлись инициативой на местах, быть может, действующих юристов (духовных потомков тех, кто собирал законодательство позднеримских императоров еще до составления сводов законов). Затем в 1234 г. папа римский Григорий IX разрешил опубликовать собрание декреталий Liber Extra. Он был extra, потому что содержал материалы, не входившие в «Декрет» Грациана. Этот труд состоял из 1971 декреталии-постановления в пяти книгах. Приложение к нему вышло в 1298 г., когда папа Бонифаций VIII санкционировал публикацию сборника Sixtus, названного так, потому что это была шестая книга декреталий в добавление к уже вышедшим пяти. Так закончился долгий созидательный процесс: Грациан и его глянец вместе с шестью дополнительными томами декреталий будут оставаться общепринятыми источниками западноевропейского церковного права вплоть до 1918 г.[339]

Но наш интерес к этому средневековому решению интеллектуальных проблем, поставленных разнообразием и сложностью древнего церковного права, не главный. В следующем веке после публикации труда Грациана (и именно здесь он становится главной нашей целью) этот разворачивающийся процесс также закончил превращение папы римского в полностью функционирующего ответственного главу западноевропейского христианского мира. Уже ко времени правления папы Александра III единственным местом, где можно было решить какой-то очень сложный церковный вопрос, был Рим. В результате процесс издания декреталий убил двух зайцев. Во-первых, любой остающийся идеологический дефицит более чем окупился сполна. Та ситуация, когда пятьсот и более лет божественное назначение монархов – в сочетании с их практическими полномочиями – попирало особый статус Римской епархии, осталась в прошлом. Папская власть в решении церковных вопросов стала бесспорным фактом.

В равной степени, если не гораздо более, важно то (раз варварские папы римские уже почти выиграли идеологическую битву), что этот процесс в конечном итоге решил материально-технические проблемы, которые всегда ограничивали способность Рима диктовать во всех подробностях повседневную религиозную жизнь. К 1200 г. римская власть уже приобрела такую форму, при которой она легко распространялась во всех уголках западноевропейского христианского мира. Раньше, чтобы узнать, что думает тот или иной папа римский, нужно было ехать в Рим или посылать ему письмо и ждать ответ. Начиная с 1234 г., в частности с публикации Liber Extra, все изменилось. По подавляющему большинству вопросов мнение папы римского теперь было доступно в письменной форме, которую имеющие папскую лицензию судьи использовали при решении тысяч дел по всей Западной Европе. Развитие церковного права при главенствующей роли папы римского «привело гору к Магомету», и религиозная жизнь на широких европейских просторах впервые могла идти под бой барабана, в который гулко колотили в Риме.