Вот был слуЧай 2. Сборник рассказов

Пенсия же, опять. Никаких аналогов. Сплошной эксперимент. Каждый год правила начисления меняют. Сменят и смотрят, выживут, не выживут. Год прошел, живут. Надо снова менять. Все денег не хватает. В каком еще государстве, с такими богатствами, а денег на пенсионеров вечно нет. В период застоя и упадка экономики были, а сейчас, как говорят, в период расцвета нет? Это как? За то, чиновников и прихлебателей у нас уже больше, чем солдат в армии. И пенсии у них по особому закону. Так дальше пойдет, скоро снова изменения будем вносить, как в Индии, касты вводить. Вот я и говорю, аналогизм.

– Геннадий Андреевич, будет считать, что это ваше личное мнение. Напоминаю депутатам, что у нас пленарное заседание, а не обсуждение государственного строя. Кто за то, чтобы начать заседание?

Депутаты, соглашаясь, качнули головами.

–Начинаем. Из десяти депутатов присутствует восемь. Кворум имеется. Собрание имеет право принимать решение, – выполнила Людмила Михайловна, свои секретарские обязанности,

–Слово предоставляется главе, председателю совета депутатов, главе администрации нашего сельского поселения Трехг… Медвепутову Дмитрию Владимировичу.

–Уважаемый совет! Сегодня на повестке дня рассмотрение майских указов Президента, я сказал бы наказов, на то, как мы будем жить дальше. Каждый указ, является национальным проектом, нацеленным в будущее.

–А с прошлыми – то чего? – не удержался от вопроса Геннадий Андреевич.

– Все нормально. Все цели и задачи, поставленные, ими в основном выполнены, – ответил, одарив его, убийственным взглядом Трехглавый, – вот некоторые статистические данные.

6

Продолжительность жизни в стране за прошедший период перевали за семьдесят один год у мужчин и семьдесят пять у женщин.

–Это в какой стране? – не поверил Геннадий Андреевич, – у нас в деревне самый старый, Яшка Шишман, ровесник мой. Только мне шестьдесят восемь, а ему восемьдесят один. Неделю гадал, почему так, потом к нему пошел. Три дня, пытки к нему применял, алкогольно – рыбном методом, я всю пенсию в сельпо оставил, пока он не раскололся. Оказалось дочка его, в паспортном столе в области работает. Вот она ему года и прибавила, после указа, что приказал, после восьмидесяти лет, к пенсии приплачивать. Вот я и подумал. Может мы его дочке звание «Почетный гражданин» Ожиданки дадим, а она нам за это года прибавит? И статистику не подведем, и материальное положение поправим. А иначе никак. Можно еще, два дуба, что на берегу, в деревне прописать, средний возраст поднят, им то лет столько, что никто уже и не помнит. Тогда у нас вся деревня долгожителями будет наполнена.

– Беспредел и коррупция, – оглушил всех своим выкриком Проныров, – сигнализировать надо. Президент наш, кумовства не признает, он у нас категорически против этого.

– Это да. Дочки – сыночки сиротинушки, с хлеба на квас, как мы перебиваются, – иронически подтвердил его слова Геннадий Андреевич.

– Молчи уж ботало, – урезонила Пронырова, секретарь, – а то мигом с постоянной основы слетишь.

– Давно пора этот вопрос решить, очень он по нашему бюджету бьет, – пискнула Наталья.

– Согласен, – поддержал ее, Лигачев, – еще надо рассмотреть вопрос о добавках за выборную должность. А то некоторые, – посмотрел он на своего бывшего зятя, – к тройному окладу, еще и выплаты имеют. Хорошо пристроились, пять лет штаны о кожаное кресло потрут и на тебе пенсия, как у героя космонавта.

– Товарищи! Господа! – нервно постучал о графин Трехглавый, – повестка дня утверждена. Предлагаю прекратить прения и продолжить работу. Кто за мое предложение.

Шестеро депутатов подняли руки, двое воздержались.

–Большинство согласны. Продолжим нашу работу, – Дмитрий Владимирович, – опустил глаза на лежащий перед ним листок, – переходим к планам по осуществлению наказов Президента, нашего. Нам с вами, господа, надо наметить ряд мер, которые приведут население нашего поселения к увеличению продолжительности жизни. Как велел наш лидер, в среднем по поселению к семидесяти восьми годам.

– Плевое дело. Полено обтесать, Буратино сделать, – поддержал его Геннадий Сергеевич, – выписывай командировку.

– Это куда? Это зачем? – почуяв в словах бывшего тестя подвох, заволновался Трехглавый.

–Дубы столетние, на прописку искать, иначе не выполним, – спокойно, не дрогнув ни одной черточкой лица, ответил Геннадий Андреевич.

–Вам все шуточки, – покачал головой, осуждая тестя Трехглавый, – за это лишаю вас, на полчаса права голоса. Помолчите пока, а мы серьезно подумаем.

– Вторая наша задача, товарищи, – выправление демографической ситуации. Проще говоря, повышение рождаемости в нашем сельском поселении…

Его прервал звук открывшейся двери. В комнату вошел седой мужчина, в синем потертом пиджаке, на левом лацкане которого, ярко светился значок с двумя барельефами. В руках мужчина держал, металлическую двадцатилитровую канистру. Судя по звуку, который издала канистра, когда он ее с облегчением поставил на пол, она была полнехонькой.

Вошедший, вытер платком вспотевший лоб, отдышался с натугой уставшего человека.