Вовка с ничейной полосы

Патрули прошли мимо, не заметив мальчика. Серёжа вздохнул с облегчением и продолжал наблюдать.

Днём, бегая по деревне, Серёжа изучил, пожалуй, все укрепления немцев. На окраинах деревни все наиболее заметные бугры были опоясаны траншеями, в которых торчали тупорылые стволы пулемётов, медленно двигались рогатые каски.

Перед траншеями немцы поставили в несколько рядов проволочные заграждения. Все дороги, ведущие к деревне, либо заминированы, либо пристреляны. И только со стороны болота, которое считалось непроходимым, немцы не построили никаких укреплений. «Этим путём и можно выйти к своим»,- решил мальчик.

5

- Давно вижу: ты что-то задумал,- тихо заговорил дед, приподнимаясь. Он теперь всё больше лежал.- Ну что ж, сейчас можно, только днём ведь не пройдёшь, немцы не пустят, надо ночью… Тропинку-то запомнил? Не ровен час, оступишься, и поминай как звали. Эх, пошёл бы я с тобой, да не дойду - сил совсем нет. Может, отлежусь ещё, тогда… Да тебе ждать меня ни к чему: кто знает, что напоследок учинят фашисты треклятые?

- Насчёт тропинки ты, дедушка, не беспокойся. Немцы теперь по ночам ракеты пускают. Повесят ракету - светло как днём.

- Светло-то оно светло, да надо ещё изловчиться из деревни выйти…

И вот сегодня Серёжа решил проверить, можно ли ночью выйти из деревни к заболоченному лесу, какие там в это время устанавливают посты. Он знал, что если немцы заметят, то не посчитаются с тем, что он ещё маленький,- расстреляют. Но это его не останавливало. Никакие силы его теперь не могли удержать - он рвался к своим.

Дед понимал это и, как ни тяжело было ему отпускать внука, удерживать не посмел.

6

В который раз дед объяснял Серёже, как лучше подойти к тропинке, как без хлюпа пройти по ручью, от которого начинается заболоченный лес, что нужно делать, чтобы не закоченеть от холода, если придётся несколько часов пролежать в болоте.

- Пуговицы с ватника срежь, не жалей - блестеть будут. Подпоясаться можно и верёвкой… Вот так.- Последнюю пуговицу дед сам оторвал, не дожидаясь, пока Серёжа отрежет.- А вот это возьми от комаров.- Дед протянул Серёже кусок марли.- Надо идти, пока ещё светло.

- Я сейчас! - И Серёжа выбежал из сарая.

«Куда это он?» - подумал дед.

Вскоре Серёжа вернулся.

- Вот! - И мальчик протянул деду краюху хлеба и кусок сала.

- Где взял?

- Соседка дала. Ешь, деда, поправляйся быстрей.

- Спасибо тебе, внучек.- И, подумав немного, сказал:- Корзину возьми, будто за грибами собрался и заблудился. В лесу бросишь, чтобы не мешала. Так, вроде всё. Давай сядем на дорогу. Помолчим… Ну, вот хорошо. Не отцу, не матери довелось провожать тебя из дому, а деду…- произнёс он срывающимся голосом и обнял Серёжу. Борода у деда дрожала.

У Серёжи запершило в горле, он с трудом оторвался от деда и выбежал из сарая.

Мальчик быстро прошёл огород и стал копаться возле изгороди, словно чинил её. А как только стемнело, пересек канаву и осторожно, прячась за кусты, пошёл вдоль ручья по его неглубокому дну. Наконец ручей кончился, и Серёжа вышел к лесу. Теперь оставалось только пройти небольшую полянку, которую хорошо было видно из деревни. Серёжа лёг и прислушался. Всё было тихо. Он подождал немного, потом, пригнувшись, держа перед собой корзину, перебежал поляну и вошёл в лес.

Где-то здесь начинается болотная тропинка. Но в темноте её не было видно. Серёжа выбрал мох посуше и лёг - ночью на болоте куда попало не ступишь. Надо ждать, когда повиснет ракета. Прошло с полчаса. Сырость проникала сквозь ватник, стали мёрзнуть ноги. Неужели придётся ждать до утра? Наконец небо озарилось ярким блеском. Серёжа поднялся и побежал. Вот и тропинка! Прошёл по ней немного. Опять стало темно. В темноте лес казался мрачным и зловеще молчаливым. Серёжа лёг и стал дожидаться новых ракет. Теперь его донимали комары. Закрыл лицо марлей, но и она не спасала. Но вот опять свет. Серёжа пошёл дальше.

Пока переходил болото, промокли ватник и брюки, а на ботинки налип толстый слой грязи. Лицо и руки были изъедены комарами.

Стало светать. Всё отчётливее слышалась стрельба.

Лес стал редеть. Идти было легче.

Наконец лес кончился, и Серёжа вышел к реке. Сразу же пришлось залечь. Здесь стреляли со всех сторон.

«Где же наши?» И вдруг он почувствовал, как кто-то схватил его за ворот ватника.

- Ты откуда здесь? Кто такой? - услышал он над самым ухом.

- Я свой… Вы тоже свой, русский? - громко спросил Серёжа.

- Тише ты, шкет! - прошептал красноармеец и потянул Серёжу к себе.- Прижмись к земле!

И тут же где-то рядом засвистели пули: фьют-фьют-фьют…

С реки стал подниматься туман.

- Ползи за мной! - приказал красноармеец.- А что же ты корзину не взял?

Серёжа схватил корзину и пополз за красноармейцем.

Минут через двадцать они были у переправы. Серёжу привели в землянку.

- Ты откуда такой? - спросил находившийся в землянке сержант.

Серёжа назвал свою деревню.

- Как же ты прошёл линию фронта? Ведь ваша деревня у немцев?

- Я через болото шёл. Хочу воевать… вместе с вами. Нашу деревню освободить. Там у меня дедушка остался.

- «Воевать»! А как тебя зовут, герой? Сколько тебе лет?