Читаем Возвращение тамплиера. Дональд Трамп 44/45 – мессия из колена Иосифа полностью

Вместе с тем, как выясняется, лично у Бэннона не всегда были безоблачные отношения с Ватиканом, что ему впредь могут припомнить сановники Римской курии. Когда Бэннон еще работал в предвыборном штабе Дональда Трампа, то допускал сравнения себя с Томасом Кромвелем (1485–1540), первым советником короля Генриха VIII, главным идеологом Английской Реформации и одним из основоположников англиканства. Посыл Бэннона предельно ясен, откуда очевиден и намек на Дональда Трампа, как политика, схожего со своенравным и недалеким английским монархом Генрихом VIII: несомненно, будущему старшему советнику американского президента льстила роль первого Кромвеля, манипулировавшего Генрихом VIII, к тому же, прадеда знаменитого лорда-протектора Англии, Шотландии и Ирландии Оливера Кромвеля (1599–1658). Напомним, что оба Кромвеля до сих пор являются страшными врагами Римско-католической церкви; и высокомерное сравнение себя с одним из них может повлечь за собой если не отлучение, то епитимию для верующего католика, что целиком относится и к Бэннону. Правда, в период президентской гонки сам Бэннон оказался близок по взглядам с евангельскими фундаменталистами из окружения Дональда Трампа, что могло бы подвигнуть его перейти в протестантизм. Но этого не случилось: Стивен Бэннон остался католиком. Конечно, подобная неопределенность сыграла с ним злую шутку: он до конца не сошелся с протестантским окружением Трампа, неумно «засветившись» перед своими единоверцами и выказав себя сторонником и последователем одного из столпов Европейской Реформации Томаса Кромвеля. Возможно, неудача Стивена Бэннона с «Институтом человеческого достоинства» объясняется именно этим: Римская курия не прощает колебания и шатания в сторону протестантизма, если, к тому же, совершались они без ее на то дозволения и благословения. Хотя, с другой стороны, фиаско Бэннона с его образовательным «картезианским» проектом могла произойти из-за того, что для Ордена иезуитов и его представителя на папском престоле Франциска, проповедующего широкие левые либеральные взгляды и одобряющего миграцию, системные правые политики оказались лишними и не вписывающимися в новую парадигму Римско-католической церкви. Сегодня она на всех уровнях противостоит правой и традиционалистской политике президента США Дональда Трампа и, разумеется, окажет всемерную поддержку своему верному сыну и демократу Джо Байдену на следующих президентских выборах в Соединенных Штатах Америки. Тем не менее, оккультный принцип и подход Римской курии к решению проблем: тезис – антитезис = синтез; остается неизменным уже несколько веков со времени образования Ордена иезуитов.

Несмотря на свою размолвку с Дональдом Трампом и даже некое предательство, совершенное в отношении него, Стивен Бэннон продолжает пропагандировать политику, проводимую американским президентом, на своих информационных ресурсах теперь уже в Европе, в том числе и на сайте «Института Человеческого Достоинства». Но здесь это, как, впрочем, и любая другая американская тематика, не имеет такого сильного звучания, которое могло бы иметь в США. Вероятно, Бэннон хотел бы вернуться на родину, чтобы принять участие в новой президентской кампании Дональда Трампа и его возможной будущей администрации. Хотя, как мы понимаем, Трамп не склонен его прощать и звать обратно в стан своих именитых сторонников: им слишком хорошо изучено лицемерие и ненадежность в тяжелый и судьбоносный период римских католиков. Поэтому, судя по всему, Стивен Бэннон на неопределенное время останется сторонником Дональда Трампа в парадигме современной европейской политики на вторых ролях, поскольку в Европе одерживают верх (кстати, не без содействия Ватикана) совершенно иные и противостоящие направленности его движения социально-политические тренды. Тем не менее, Стивен Бэннон остается в резерве у Ватикана, чем всегда могут воспользоваться представители администрации Дональда Трампа, борясь с влиянием на Римскую курию того же Джо Байдена, урожденного католика и самого вероятного конкурента президента Трампа по предвыборной гонке 2020 года. Именно с помощью Байдена Ватикан намеревается восстановить свое пошатнувшееся влияние и авторитет в Соединенных Штатах Америки. Впрочем, задача не из легких, учитывая степень падения Римско-католической церкви и ее вовлеченности в гомосексуальные и педофильские скандалы. Мы полагаем, что Трамп в своем будущем президентском сроке продолжит подобные разоблачения, вопиющие к Богу о глубине греховной бездны, в которой оказалась Римско-католическая церковь со своим священством и епископатом. Но Трампу уже не привыкать вскрывать эти грозные нарывы на теле американского общества и государства, опираясь на Координационный евангельский совет при президенте США. Вот почему, если это вообще возможно, Стивен Бэннон сможет вернуться в команду президента только на условиях Дональда Трампа, согласованных с представителями протестантского и еврейского лобби, оказывающими влияние на главу американского государства.

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное
Аплодисменты
Аплодисменты

Кого Людмила Гурченко считала самым главным человеком в своей жизни? Что помогло Людмиле Марковне справиться с ударами судьбы? Какие работы великая актриса считала в своей карьере самыми знаковыми? О чем Людмила Гурченко сожалела? И кого так и не смогла простить?Людмила Гурченко – легенда, культовая актриса советского и российского кино и театра, муза известнейших режиссеров. В книге «Аплодисменты» Людмила Марковна предельно откровенно рассказывает о ключевых этапах и моментах собственной биографии.Семья, дружба, любовь и, конечно, творчество – великая актриса уделяет внимание всем граням своей насыщенной событиями жизни. Здесь звучит живая речь женщины, которая, выйдя из кадра или спустившись со сцены, рассказывает о том, как складывалась ее личная и творческая судьба, каким непростым был ее путь к славе и какую цену пришлось заплатить за успех. Детство в оккупированном Харькове, первые шаги к актерской карьере, первая любовь и первое разочарование, интриги, последовавшие за славой, и искреннее восхищение талантом коллег по творческому цеху – обо всем этом великая актриса написала со свойственными ей прямотой и эмоциональностью.

Людмила Марковна Гурченко

Биографии и Мемуары
«Смертное поле»
«Смертное поле»

«Смертное поле» — так фронтовики Великой Отечественной называли нейтральную полосу между своими и немецкими окопами, где за каждый клочок земли, перепаханной танками, изрытой минами и снарядами, обильно политой кровью, приходилось платить сотнями, если не тысячами жизней. В годы войны вся Россия стала таким «смертным полем» — к западу от Москвы трудно найти место, не оскверненное смертью: вся наша земля, как и наша Великая Победа, густо замешена на железе и крови…Эта пронзительная книга — исповедь выживших в самой страшной войне от начала времен: танкиста, чудом уцелевшего в мясорубке 1941 года, пехотинца и бронебойщика, артиллериста и зенитчика, разведчика и десантника. От их простых, без надрыва и пафоса, рассказов о фронте, о боях и потерях, о жизни и смерти на передовой — мороз по коже и комок в горле. Это подлинная «окопная правда», так не похожая на штабную, парадную, «генеральскую». Беспощадная правда о кровавой солдатской страде на бесчисленных «смертных полях» войны.

Владимир Николаевич Першанин

Биографии и Мемуары / Военная история / Проза / Военная проза / Документальное