Читаем Возвращение тамплиера. Дональд Трамп 44/45 – мессия из колена Иосифа полностью

5) отношения с шоу-бизнесом и медийной средой; 6) религиозная принадлежность; 7) взаимодействие с еврейскими организациями. Наконец, мифологическим критерием можно обозначить отношение с так называемым американским глубинным государством, данные о котором у различных зарубежных и отечественных политологов настолько туманные, насколько и противоречивые.

Обобщающий вывод

Значит, опираясь на все вышеизложенное, мы приходим к выводу: 1) по матери Трамп происходит из знаменитого шотландского клана Маклаудов; 2) Коннор Маклауд, проживающий в башне легендарный представитель этого клана, являлся главным героем фильма «Горец», положившего начало вселенной «Горца»; 3) Трамп строил свою Башню как место силы Горца или клана Маклауд; 4) он желал это место силы распространить и на Россию, соорудив Трамп-тауэр в Москве; 5) в 2012 году в Башне Трампа в Нью-Йорке снимался боевик режиссера Кристофера Нолана «Темный рыцарь: Возрождение легенды», пронизанный неотамплиерской и гностической символикой, причем Бэтман – это псевдоним главного героя фильма Брюса Уэйна, прототипом которого был шотландский король Роберт Брюс, приютивший в XIV-м столетии опальных рыцарей Ордена тамплиеров. Кроме того, имя Бэтман – прямая аллюзия на пресловутый тамплиерский артефакт Бафомета; а Башня Трампа – на донжон, в котором проходили капитулы храмовников, впоследствии обучивших шотландцев военному искусству и породивших легенды о Шотландии как о стране колдовства и магии.

Удивительно, но в этой череде в высшей степени занимательных фактов, кажется, отсутствует случайность, и одно четко проистекает из другого. Так мы приоткрываем определенные вехи формирования белой англо-саксонской протестантской элиты, укорененной в средневековой англо-шотландской традиции и черпающей оттуда свою жизненную и творческую энергию. Но на поверхности комиксы, что остается для профанов и их непосвященного и непросвещенного сознания.

И последнее. Возвращаясь к заинтересованности Трампа строительства в Москве своей башни, как места силы, стоит отметить следующее. Не так давно в Российском государственном архиве древних актов был обнаружен документ, доказывающий, что во второй половине XVII-го столетия в Москве в Немецкой слободе проживал шотландец из клана матери нынешнего американского президента и звали его – Дункан Маклауд. К тому времени Немецкая слобода представляла собой настоящий «иностранный» городок с чистыми улицами и ухоженными домами. Тогда же на берегу Яузы возникла – одна из первых в Москве – мануфактура Альберта Паульсена, а в 1701-м году Яков Грегори открыл в слободе частную аптеку. Переулок, где она находилась, получил название Аптекарского. Однако история, случившаяся с реальным Дунканом Маклаудом, попала в криминальную хронику, о чем и свидетельствует найденное в архиве письмо, оказавшееся в Посольском приказе и написанное другим иностранцем, Ульманом, пострадавшим от деятельности не в меру предприимчивого шотландца. Маклауд занимался перепродажей алкоголя (несомненно, контрафактного) и бутлегерством. В один прекрасный день он передал Ульману партию спиртного, которую надо было реализовать в ближайшее время. Но Ульмана залержала стрелецкая облава, и он лишился товара, к тому же выплатив большой штраф. Маклауд с приятелем пришли к своему продавцу за деньгами, но денег, разумеется, от него не получили. Подобные «коллекторские» визиты Маклауда с товарищем продолжались довольно долго, пока однажды шотландец окончательно не рассорился с Ульманом. Тот схватился за оружие: в потасовке товарищ Маклауда погиб, а Ульман угодил под следствие, в результате чего лишился всего имущества, дом его был разграблен, ребенок умер, а сам он из-за пыток потерял руку и ногу. След же Дункана Маклауда навсегда затерялся в переулках Немецкой слободы. Вероятно ему удалось выйти сухим из воды, что стало затем свойственно и его бессмертному тезке, выправив себе документы на иное имя и дальше занимаясь подпольным алкобизнесом в древней столице. Так что у американского президента некогда существовал в Москве кровный предшественник, равно занимавшийся предпринимательством, правда весьма подозрительного характера. Как знать, возможно, потомки этого Дункана Маклауда до сих пор живут в Москве и в России. И само собой напрашивается заключение: отнюдь неслучайно для Дональда Трампа столь притягательной оказалась наша Москва.

Дональд Трамп и глубинное Государство

Противостояние глубинного государства «глубинному» народу

Но прежде чем перейти к рассмотрению генеалогии американского президента по матери и отцу, нам необходимо осветить еще одну конспирологическую проблему, всплывшую, между прочим, в международном медийном пространстве в связи с избирательной кампанией Дональда Трампа. Речь идет о так называемом глубинном государстве и его влиянии на публичную политику в Соединенных Штатах Америки. Но что представляет собой это глубинное государство?

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное
Аплодисменты
Аплодисменты

Кого Людмила Гурченко считала самым главным человеком в своей жизни? Что помогло Людмиле Марковне справиться с ударами судьбы? Какие работы великая актриса считала в своей карьере самыми знаковыми? О чем Людмила Гурченко сожалела? И кого так и не смогла простить?Людмила Гурченко – легенда, культовая актриса советского и российского кино и театра, муза известнейших режиссеров. В книге «Аплодисменты» Людмила Марковна предельно откровенно рассказывает о ключевых этапах и моментах собственной биографии.Семья, дружба, любовь и, конечно, творчество – великая актриса уделяет внимание всем граням своей насыщенной событиями жизни. Здесь звучит живая речь женщины, которая, выйдя из кадра или спустившись со сцены, рассказывает о том, как складывалась ее личная и творческая судьба, каким непростым был ее путь к славе и какую цену пришлось заплатить за успех. Детство в оккупированном Харькове, первые шаги к актерской карьере, первая любовь и первое разочарование, интриги, последовавшие за славой, и искреннее восхищение талантом коллег по творческому цеху – обо всем этом великая актриса написала со свойственными ей прямотой и эмоциональностью.

Людмила Марковна Гурченко

Биографии и Мемуары
«Смертное поле»
«Смертное поле»

«Смертное поле» — так фронтовики Великой Отечественной называли нейтральную полосу между своими и немецкими окопами, где за каждый клочок земли, перепаханной танками, изрытой минами и снарядами, обильно политой кровью, приходилось платить сотнями, если не тысячами жизней. В годы войны вся Россия стала таким «смертным полем» — к западу от Москвы трудно найти место, не оскверненное смертью: вся наша земля, как и наша Великая Победа, густо замешена на железе и крови…Эта пронзительная книга — исповедь выживших в самой страшной войне от начала времен: танкиста, чудом уцелевшего в мясорубке 1941 года, пехотинца и бронебойщика, артиллериста и зенитчика, разведчика и десантника. От их простых, без надрыва и пафоса, рассказов о фронте, о боях и потерях, о жизни и смерти на передовой — мороз по коже и комок в горле. Это подлинная «окопная правда», так не похожая на штабную, парадную, «генеральскую». Беспощадная правда о кровавой солдатской страде на бесчисленных «смертных полях» войны.

Владимир Николаевич Першанин

Биографии и Мемуары / Военная история / Проза / Военная проза / Документальное