Возвышение и упадок Банка Медичи. Столетняя история наиболее влиятельной в Европе династии банкиров

3/4 отошли Джованни ди Биччи и 1/4 – Бенедетто ди Липпаччо. Такой чистый доход, составлявший 10 % годовых, ни в коей мере нельзя считать высоким в то время, когда банки платили по срочным вкладам от 7 до 8 % годовых, а иногда даже больше.

Вскоре после открытия конторы во Флоренции Банк Медичи попытался закрепиться и в Венеции. В обоих случаях цель, скорее всего, была одна: удачно инвестировать получаемые или даваемые взаймы капиталы. Как бы там ни было, в начале 1398 г. одного из факторов римского филиала, Нери ди Чиприано Торнакуинчи, послали изучить обстановку в Венеции. Очевидно, задание было выполнено успешно, и Нери Торнакуинчи пробыл в Венеции четыре года, с 1398 до 1401 г., действуя как агент на жалованье Банка Медичи. В награду за услуги ему выплатили 1600 флоринов – жалованье и особую премию.

25 марта 1402 г., когда открыли филиал, Нери Торнакуинчи стал его первым управляющим. К сожалению, он не оправдал ожиданий и совершил роковую ошибку, предоставив кредит немцам в нарушение партнерского соглашения. Немцы объявили дефолт, и Нери Торнакуинчи, чтобы покрыть убытки, занял деньги под 8 % и сообщил о вымышленных прибылях. Когда старшие партнеры обнаружили эти нарушения, Нери Торнакуинчи отозвали, и управляющим стал Джованни ди Франческо да Гальяно (25 апреля 1406 г.).

Сначала основной капитал венецианского филиала установили в размере 8 тыс. флорентийских флоринов, или 7716 венецианских дукатов. Через несколько месяцев Нери Торнакуинчи внес еще тысячу флоринов. Хотя он внес лишь 1/9 часть капитала, в награду за службу ему причиталась 1/4 прибыли. Вместо того чтобы выплачивать жалованье управляющим филиалами, в Банке Медичи было принято давать им бо́льшую долю прибыли, чем следовало по размеру их доли капитала. Оставшаяся прибыль, или 3/4, отходила Банку Медичи и делилась в обычной пропорции между двумя партнерами, Джованни ди Биччи и Бенедетто ди Липпаччо[26].

Экономическая политика Венецианской республики во многом строилась на сохранении контроля над торговлей с Левантом. До тех пор пока граждане других государств не составляли венецианцам конкуренции в этой сфере, они могли вести дела в Венеции. Венецианцы не возражали и против того, чтобы иностранные банки открывали в Венеции свои филиалы, ведь подобные учреждения ввозили капитал и таким образом способствовали расширению торговли.

В XIV и XV вв. Флоренция была крупным и процветающим центром текстильной промышленности, к которой так или иначе были причастны почти все ведущие семьи. Уже 1 апреля 1402 г. Банк Медичи решил последовать всеобщему примеру и открыть суконную мануфактуру. Новую компанию открыли на имя Козимо, старшего сына Джованни, которому тогда было всего 13 лет. Он, разумеется, был слишком молод и незрел для того, чтобы по-настоящему принимать участие в управлении. Хотя это может показаться странным, открывать предприятия на имена несовершеннолетних детей было распространенной практикой во Флоренции. Вероятно, этот обычай был пережитком феодального культа семьи. В случае банкротства ответственность несли, разумеется, реальные партнеры, поименованные в уставе компании. Согласно еще одному флорентийскому обычаю, Банк Медичи предоставил 3 тыс. флоринов, бо́льшую часть капитала, но управление мануфактурой поручалось специалисту, хорошо знакомому с тонкостями производства. Его звали Микеле ди Бальдо ди сер Микеле. Неизвестно, внес ли Микеле ди Бальдо свою долю капитала. Так как ему причиталась половина прибыли, вероятно, он что-то внес – возможно, тысячу флоринов.

В 1408 г. образовалась еще одна суконная мануфактура. Ее назвали «Лоренцо ди Джованни де Медичи и K°., шерстяники». Лоренцо звали второго сына Джованни, которому тогда исполнилось 13 лет. Капитал в размере 4 тыс. флоринов предоставил исключительно Банк Медичи, но бремя управления легло на плечи Таддео ди Филиппо, превосходно разбиравшегося в производстве тканей.

С течением времени вторая мануфактура оказалась более рентабельной, чем первая, – несомненно, благодаря превосходному управлению. Что же еще могло вызвать такую разницу? Хотя в документах содержатся лишь намеки, несомненно, Таддео ди Филиппо и позже его сын Антонио досконально разбирались в своем деле. Они верно служили Медичи много лет и стали состоятельными людьми. Первая мануфактура не приносила прибыли, и в 1420 г. ее закрыли, хотя 10 лет спустя открыли заново с новым руководством.