Врата Европы. История Украины

Крупные предприятия столицы бастовали, но хозяева отвергли требования “смутьянов” — среди них и введение восьмичасового рабочего дня. Промышленная революция породила новый класс, и теперь представители этого класса надеялись, что монарх обеспечит соблюдение их элементарных прав. “Мы немногого просили, мы желали только того, без чего не жизнь, а каторга, вечная мука”, — писал Гапон. В петиции он просил о даровании также и политических свобод, включая созыв Учредительного собрания. Прошло почти 80 лет с того момента, как у царя добивались конституции. В декабре 1825 года режим подавил восстание офицеров артиллерийским огнем. Николай и его чиновники верили, что им следует и теперь показать твердость и не повторить ошибок Людовика XVI: как им казалось, он потерял французский трон, а затем и жизнь только из-за мягкотелости.

Когда манифестанты подошли к Зимнему дворцу, войска открыли огонь, уложив на месте больше сотни человек и ранив полтысячи. Гапон уцелел, но это был последний день, когда он молился за императора и просил его заступничества. Той же ночью священник составил обращение к народу, где именовал Николая “зверь-царь” и призывал к возмездию: “Так отомстим же, братья, проклятому народом царю, всему его змеиному царскому отродью, его министрам и всем грабителям несчастной Русской земли!” Возмездия оставалось ждать еще 13 лет — большевики расстреляют семью Романовых в июле 1918 года, — но пожар революции, который во дворце надеялись погасить, вспыхнул немедленно. Эти события открыли новую главу в истории всей империи, и в частности украинских губерний, — эпоху массовых политических движений, образования партий, парламентских выборов, избирательного права для мужчин и нарастания зависимости власти от поддержки национал-патриотов.

На Украину революция пришла через три дня после Кровавого воскресенья в Петербурге. 12 января забастовали рабочие Южнорусского машиностроительного завода в Киеве. Их примеру последовали металлурги Екатеринослава, Юзовки и других городов Донбасса. Пучина классовой борьбы поглотила те районы, что в предыдущие 15 лет отличал стремительный рост экономики. До января 1905 года там всего лишь просили об улучшении условий труда, повышении зарплаты и сокращении рабочего дня, теперь же перешли к демонстрациям, стачкам и открытому сопротивлению. Впрочем, село, где не хватало работы и заработка, от города не отставало. Крестьяне, начав с вырубки помещичьих лесов, перешли к нападению на усадьбы хозяев. Известно более трехсот подобных случаев. Наиболее воинственными оказались жители бывших казацких земель Левобережья. Народ ожидал манифеста о передаче им всей барской земли. Не дождался — правительство вместо этого пустило в ход армию. Шестьдесят три человека было убито при расправе с крестьянами Великих Сорочинцев, родины Гоголя, в декабре 1905 года, и в Сорочинской трагедии не было ничего исключительного.

Летом 1905 года режиму перестал беспрекословно повиноваться человек с ружьем — как правило, призванный на службу из деревни. В июне на Черноморском флоте взбунтовалась команда броненосца “Потемкин”. Большинство зачинщиков и участников были украинцы. Хотя восстание планировали на октябрь, подняли его раньше срока из-за того, что в борще попалось червивое мясо. Унтер-офицер Григорий Вакуленчук, родом с Житомирщины, закричал — по рассказам некоторых, на украинском — товарищам-матросам: “Да сколько ж мы будем рабами?” Старший офицер Гиляровский застрелил Вакуленчука, и атаманом стал Опанас Матюшенко, матрос из Харьковской губернии. Повстанцы убили командиров, подняли красный флаг и направились к Одессе, где поддержали забастовку рабочих. Прибытие корабля с трупом Вакуленчука вызвало новые протесты, возмущения и перестрелки со стражами порядка.

Казачьи отряды заблокировали подходы к порту — в том числе знаменитую Потемкинскую лестницу, изображенную в шедевре Сергея Эйзенштейна как место трагических событий, что унесли не одну жизнь. Вероятно, на самой лестнице в тот день кровь не пролилась, но вообще в Одессе от рук армии и полиции погибли сотни людей. Броненосец вновь ушел в море, избежал битвы с эскадрой, оставшейся верной престолу, и сдался властям Румынии. Матюшенко прожил около двух лет в Европе и Соединенных Штатах, потом вернулся в Одессу продолжать революционную борьбу. Его арестовали, судили в Севастополе — на базе мятежного броненосца Черноморского флота — и казнили. Матюшенко, который ранее отказался вступать в политические партии, стал в 28 лет мучеником революции.