Врата Европы. История Украины

В отличие от москвофилов, вожди украинского движения в этой империи уверяли правительство в лояльности. Так же были настроены тысячи крестьян, что любили в предвоенные годы петь об императрице Сисси (Елизавете Баварской), убитой в 1898 году итальянцем-анархистом. В песне ее называли “наша пани цесарева”, а Франца-Иосифа — “наш батько цесарь”. В начале войны активисты образовали Главный украинский совет, чье название напоминало об аналогичном совещательном органе времен революции 1848–1849 годов. Благодаря совету возникло первое национальное украинское подразделение в австро-венгерской армии. Из десяти тысяч добровольцев власти отобрали две с половиной тысячи. Их свели в легион Украинских сечевых стрельцов, чье название — очевидная отсылка к Запорожской Сечи — выражало надежду добровольцев увидеть воды Днепра и объединенную Украину.

У тех политиков, что стояли за ними, оставались все те же программа-минимум, разделить Галицию и добиться автономии для Галичины как таковой, и программа-максимум, создание независимого государства в российской части Украины. Ради достижения второй цели патриоты не только записывались в австро-венгерскую армию, но и вели агитацию среди военнопленных, стремясь полностью вытеснить у них малороссийскую идентичность украинской. Центром такой агитации стал “Союз освобождения Украины”, образованный в Вене главным образом эмигрантами с берегов Днепра. Они знали, какими словами обратиться к землякам. Среди них оказался и будущий идеолог украинского радикального национализма 1920–1930-х годов, уроженец юго-востока Украины Дмитро Донцов.

В мае 1915 года началось контрнаступление германских и австро-венгерских войск, в итоге которого под контролем России осталась только приграничная полоса Галиции и Буковины. Вследствие этого москвофилам пришлось окончательно покинуть эти земли, отступив на восток вместе с армией. “Шли они целыми семействами с войтом во главе, увлекая за собой лошадей, коров и тот клад [ценности], который успели захватить”, — писала об исходе галицких сторонников Николая II “Киевская мысль”. Многих беженцев поселили на Нижнем Дону, прежде всего в Ростове. Такой стала финальная глава истории москвофилов Западной Украины. Те, кто не попал в Талергоф или другие австро-венгерские тюрьмы, были вынуждены уехать далеко на восток. Летом 1916 года российская армия во главе с генералом Брусиловым перешла в наступление, освободила часть Волыни и вновь завладела Буковиной и некоторыми районами Галиции. Но это был последний рывок империи, чья военная и экономическая мощь иссякла. Идея “общерусского единства” вскоре утратит былую привлекательность не только в украинских владениях Габсбургов, но и по другую сторону линии фронта.

В начале марта 1917 года империя рухнула — кончились времена Романовых. В течение нескольких недель перед революцией Петроград терзала нехватка продовольствия. Она стала причиной забастовок и мятежей в войсках столичного гарнизона. Думцы убедили психологически истощенного за годы войны царя отречься от престола. Николай отрекся в пользу брата Михаила, но тот не принял корону — ведь Дума в случае его согласия сулила новый бунт. Монархии в России не стало — голодная улица, непокорные солдаты, воодушевленные переменами и давно уже не преданные династии политики сделали свое дело. Последние сформировали Временное правительство, которому, помимо прочего, надлежало провести выборы в Учредительное собрание, которое должно было стать душеприказчиком империи.

Февральская революция — под таким названием вошли в историю события в Петрограде — застала врасплох измученных преследованиями вождей украинских организаций. Грушевский, ключевая фигура украинского движения в Австрии до 1905 года и в России в ходе первой революции, был арестован в 1914 году и сослан сначала в Симбирск, а затем переведен под надзор полиции в Москву. Он собирал материалы для научной работы в библиотеке московского Румянцевского музея, когда на улице раздались крики и шум. Расспросив смотрителя, он узнал, что вспыхнула новая революция — москвичи сбегались к Кремлю, чтоб овладеть этим символом самодержавия. В марте представители украинских политических и культурных кругов Киева образовали координационный орган. Назвали его “центральным советом” — Центральной Радой. Грушевского избрали председателем еще до возвращения из ссылки. Вскоре он приехал и безоговорочно поддержал молодое поколение украинских активистов — двадцати- и тридцатилетних, нередко студентов.