Врата Шамбалы

Однако самые большие убытки в середине XIX в. кяхтинские купцы несли от контрабандного (до весны 1862 г.) ввоза китайского чая через западные границы царской России. Его доставляли в Европу из южнокитайского порта Кантон (Гуанчжоу) на английских и американских судах, а затем при посредничестве англичан ввозили в страну через Одессу. В условиях возросшей конкуренции чаи из Кяхты пользовались все меньшим спросом в центральных районах России, в том числе и на знаменитой Нижегородской ярмарке. Кяхтинский градоначальник Н. Ребиндер, озабоченный состоянием местной торговли, в 1855 г. отмечал: "Китайская же торговля, почти исключительно чайная, вступила в период кризиса… Сильнейший удар нанесен этой торговле контрабандой, производимой с 1846 г. кантонскими чаями на западных наших границах. Они водворяются с каждым годом в большом количестве и в настоящее время так наводнили внутренние рынки, что караванные чаи с трудом находят покупателей… и большие запасы их находятся теперь непроданными в московских амбарах, несмотря на ограниченные… вымены сих чаев в Кяхте в последние 3 года".

Русский путешественник Пржевальский неоднократно наблюдал перевозку китайского чая в Кяхту: "Чайные караваны составляют весьма характерное явление Восточной Монголии. Ранней осенью, то есть в начале сентября, со всех концов этой страны направляются в Калган (кит. Чжанцзякоу. — Н.А.) длинные вереницы верблюдов, отгулявшихся летом на свободе степи и теперь снова оседланных для того, чтобы тащить каждому на своей спине, через пустыню, по четыре чайных ящика, то есть целых 12 пудов. Этот вьюк обыкновенный для монгольского верблюда, но на более сильных из них прибавляется еще пятый ящик. Монголы подряжаются везти чай или прямо в Кяхту, или только до Урги (совр. Улан-Батор. — Н.А.), так как далее горы и часто глубокие снега страшно затрудняют верблюдов. В последнем случае чай доставляется из Урги в Кяхту на двухколесных подводах, запряженных волами.

Средняя цена за провоз одного ящика из Калгана до Кяхты равняется трем ланам (лян, китайская денежная единица. — Н.А.), так что каждый верблюд зарабатывает в один курс 12 лан, то есть 25 рублей на нашу звонкую монету. Обыкновенно же, в течение зимы, караван успеет сходить из Калгана в Кяхту два раза, следовательно, хозяин верблюдов получает по 50 рублей за каждого из них. Погонщиков для ухода и вьюченья полагается по два человека на двадцать пять животных, так что расходы перевозки в сущности очень невелики, и подрядчик пользуется огромным чистым барышом даже в том случае, если в течение зимы у него пропадет несколько верблюдов от усталости или от худого корма…

Сухопутная транспортировка чая из Ханькоу (город на территории современной провинция Хубэй. — Н.А.) в Кяхту так дорога, что цена кирпичного чая, потребляемого исключительно монголами и сибирским населением, увеличивается одной доставкой втрое против его стоимости на фабриках. Время, потребное на переход каравана от Калгана до Кяхты, простирается от 30–40 дней, смотря по уговору с подрядчиком монголом. При перевозке чая из Ханькоу в Кяхту каждый ящик обернут в толстую шерстяную попону; в Кяхте эти попоны сбрасываются, чайные ящики обшиваются невыделанной кожей и отправляются в Европейскую Россию на телегах или санях, смотря по времени года".

Субботин о той же дороге в 90-х гг. XIX в. писал: "Монгольский путь, как и другие пути по северному Китаю, представляет большие неудобства в отношении правильности и своевременности доставки; летом частые засухи, а зимой — снежные заносы, отчего быки и верблюды падают или обессиливают настолько, что не могут идти; при неурожае трав скот падает от бескормицы. В таких случаях движение чаев прерывается, так как монголы-возчики поневоле оказываются несостоятельными, откочевывают в более удобные места" складывают чай в степи, где он и лежит по несколько месяцев — пока узнают об этом отправители да приищут средства двинуть его дальше к месту назначения. С монгола-возчика часто бывает нечего взять, ибо все достояние его заключается в тех животных, кои погибли от неблагоприятных климатических условий степи. Чаще бывает так, что отправители теряют только время, ибо монголы настолько честный народ, что, сложивши чаи, постараются вывезти их, когда явится к тому возможность, — и верблюды останутся целы. Было много случаев, что чаи, сложенные зимой, вывозили весной, когда верблюды успеют отдохнуть и оправиться".