Врата Шамбалы

За разговором мы с Пэнцомэйла не спеша пили чай с маслом. Надо сказать, что в тибетских храмах и монастырях культуре чаепития уделяют большое внимание, поскольку монахи традиционно считают чай чистой и священной субстанцией, чем-то сродни мистическим заклинаниям, святой воде и буддийским реликвиям. Пышная, торжественная и многолюдная чайная церемония играет важную роль при общении с почетными гостями, богатыми и влиятельными паломниками, а также во время отправления религиозных обрядов. В подобных случаях используются высококачественный чай и дорогие чайные принадлежности. У нас же все было намного демократичнее.

Путешественники XIX — начала XX в. неоднократно отмечали, что напиток рядовых тибетцев в основном готовится из чая низкого качества, привозимого из Китая и смешанного с маслом, молоком, а также небольшим количеством соли или соды, которую получают из местных озер. Свежее масло — огромная редкость, так как обычно оно хранится несколько месяцев кряду и издает неприятный запах, пропитывающий палатку, ее обитателей и их одежду Погонщики яков нередко держали запас масла прямо в меховых или овчинных карманах верхней одежды и при необходимости просто опускали туда руку за маслом и бросали кусок требуемой величины в кипящий чай. Местные жители употребляют чай в любое время, как только начнут испытывать чувство голода.

У тибетцев есть легенда, рассказывающая о том, почему они пьют чай с солью.

Когда-то с горы Чжилин в реку рухнула огромная глыба льда. Вышедшая из берегов вода резко изменила русло и разделила на северное и южное два племя, прежде жившие в полном мире и согласии. Заспорили их вожди о том, кому отныне принадлежит река, и в результате возникла между ними жестокая вражда, продолжавшаяся долгие годы.

Вскоре у вождя северного племени умерла жена. После похорон он ушел в горы и вернулся домой с женщиной редкой для тех мест красоты. За нее он отдал сорок тюков китайского чая, сорок кусков ячьего масла и сорок своих лучших лошадей. Красавица знала себе цену и постоянно требовала от него дорогих подарков.

Однажды к ней привели старую гадалку. Жена вождя кокетливо спросила ее: "Есть ли на свете женщина прекраснее меня?". "Есть. — ответила гадалка, — ваша падчерица Раму". Рассерженная госпожа прогнала гадалку и стала думать, как извести дочь вождя.

Девушка действительно была хороша: высокая и стройная, с тонкими чертами лица и роскошными волосами, золотым сердцем и доброй душой. Полюбила она смелого и обаятельного Дордэ, сына охотника из южного племени. Молодые люди встречались каждое утро. Разделенные водами реки они шутили и смеялись, пели веселые песни, рассказывали занимательные истории.

Между тем сердце госпожи переполнялось злобой. Когда она узнала о глубоком чувстве Раму и Дордэ, то окончательно потеряла голову. На заре падчерица ушла со стадом на берег реки, а мачеха позвала слугу, дала ему лук и колчан с двумя отравленными стрелами и приказала убить обоих. Слуга приблизился к реке, но, увидев влюбленных, так и не смог выстрелить из лука. Он надрезал свой палец, выдавил по капле крови на каждую из стрел и отнес их госпоже в доказательство якобы выполненного поручения.