Все под контролем

Все верно, он выглядел так, будто сошел с рекламы «Мальборо». Показывая, она дотронулась пальцем до экрана, и изображение папиного начальника исказилось. Близость Келли и вид человека, который, возможно, был виновен в смерти ее отца, вызвали у меня желание сделать с ним то же самое.

— Давай посмотрим в обратном порядке все фотографии, — сказал я, посмотрев на Большого Аля.

Вечеринка на площадке была в полном разгаре. Большой Аль прокрутил назад все фотографии до снимка Маколи и Фернаана с Макгиром.

— А этих людей ты знаешь?

Келли ответила «нет», но теперь я уже не очень ее слушал. Слишком ушел в себя. Мне удалось подметить на снимке две другие машины, припаркованные у обочины. Внимательно вглядевшись в номера, я понял, где производилась съемка.

— Гибралтар, — вырвалось у меня.

— Так это и есть ирландские террористы? — спросил Большой Аль, указывая на Маколи и компанию.

— Вроде того.

Прежде чем промямлить это, мне пришлось выдержать паузу.

— Теперь я понимаю, что происходит, — встрепенулся Большой Аль.

— И что же?

— Я знал, что ирландские террористы покупают кокаин у колумбийцев. Он поступал обычным путем на Флорида-Кис, потом на Карибские острова и в Северную Африку. А Гибралтар они использовали как стартовую площадку для его переправки в Европу. Они делали себе на этом состояния, а мы получали свой кусок за то, что позволяли им провозить его через Южную Флориду. И вдруг, совершенно внезапно, в конце восемьдесят седьмого, он перестал проходить через Гибралтар.

— Почему бы это? — Я с трудом сохранял спокойствие.

— Какие-то серьезные события, что-то связанное с местными, — пожал плечами Большой Аль. — Думаю, теперь они гонят его через Южную Африку к западному побережью Испании, что-то вроде этого. У них там связи с другими террористами.

— ЭТА?[61]

— Спроси что полегче. Какая-то кучка террористов, которые называют себя борцами за свободу. Называйте их как угодно, по мне, все они просто наркоторговцы. Так или иначе, теперь они помогают Ирландии. Не сомневаюсь, что старина Рауль выяснял с папиным начальником, свободен ли для ирландцев путь через Флориду, потому что иначе колумбийцы стали бы сбывать товар кому-нибудь другому.

— Тебя послушать, так это вроде расписания авиарейсов.

Большой Аль снова пожал плечами:

— Конечно. Бизнес есть бизнес.

Он говорил об этом как о чем-то известном всем на свете. Для меня это было откровением.

Тогда с кем же, черт возьми, ВИРА вела переговоры в Гибралтаре? Неужели они специально прибыли туда, чтобы поддержать наркоторговлю на прежнем уровне? Тут я вспомнил, что в сентябре 1988 года сэр Питер Терри, один из действенных поборников того, чтобы положить конец наркоторговле, который годом ранее был губернатором Гибралтара, едва уцелел после покушения на него в его собственном доме в Стаффордшире. Стрелок, которого так никогда и не поймали, преподнес ему сюрприз двадцатью выстрелами из АК-47, что было не в обыкновении у мистера Макгира. Может, четвертый человек на фотографии получил подобное предупреждение? И была ли какая-то связь между изменением наркомаршрутов и гибелью деятелей ВИРА в Гибралтаре спустя несколько месяцев?

Как бы то ни было, это подтверждало, что происходит нечто странное с некоторыми сотрудниками Управления по борьбе с наркотиками, включая начальника Кева. Может быть, они получали свою долю от действий ВИРА и Кев раскопал это?

Большой Аль снова с шумом втянул воздух:

— Блестящий подарок тебе достался, приятель. Так кого собираешься шантажировать?

— Шантажировать?

— Ники, у тебя тут главная фигура из Управления по борьбе с наркотиками, которая разговаривает с большими дядями из картеля, твои террористы и правительство Гибралтара, обеспечение правопорядка, да все, что хочешь. Только не пытайся убедить меня, что эти снимки сделаны не для шантажа. Будь реалистом. Если их не собираешься использовать ты, тот, кому они достанутся, уж точно это сделает.

33

Мы просмотрели все снимки еще раз. Келли больше никого не узнала.

Я спросил де Сабатино, можно ли как-то увеличить фотографии.

— Какой смысл? Похоже, ты всех знаешь.

Он был прав. Просто мне хотелось, чтобы Келли получше разглядела «папиного начальника».

Три минуты мы просто молчали, выжидая, пока на экране мелькают кадры.

— Что еще ты знаешь про Гибралтар? — спросил я.

— Немного. А что тебе еще нужно? — Он уже собирался закурить вторую сигару, Келли отмахивалась от дыма. — Здравый смысл подсказывает: если ты срубил деньжат, заводи дела с колумбийцами и гони товар в Европу. Каждый второй тупица делает так, а твои ирландские ребята что — исключение?

Большой Аль смотрел на меня так, словно тема, на которую мы напали, была очень низменной. И я вынужден был признать, что Кева и его семью вряд ли могли из-за этого убить.

Паузы стали затягиваться; Большой Аль попытался оживить беседу:

— Как бы там ни было, кто-то явно хочет кого-то слегка пошантажировать.

Я не был так уж в этом уверен. Может, это было своего рода страховкой ВИРА? Если начальник Кева или гибралтарцы решили выйти из игры, возможно, это было то, что позволило бы их удержать.