Всемирная история в сплетнях

«… король… оглядел задержанного с головы до ног и, приняв грозный вид, голосом, внушающим ужас, произнес: „Друг мой, послушайте, что я вам скажу. Если вы во всем признаетесь мне, скажете правду относительно того, что я хочу знать, то, что бы вы ни сделали, я вас прощу и никогда не вспомню о содеянном вами. Но если вы скроете от меня хоть самую малость, берегитесь — живым вы отсюда тогда не выйдете. Мадам отравлена?“ „Да, государь“, — отвечал тот. „Кто это сделал и как?“ — спросил король. Тот отвечал, что кавалер Лотарингский прислал… д'Эффиа ид, и далее поведал то, что уже рассказано мною. Тогда король, вновь повторив обещание простить и угрозу смерти, задал вопрос: „А мой брат знал об этом?“ „Нет, государь. Никто из нас троих не был настолько глуп, чтобы открыться ему. Он не способен хранить тайну, и мы пропали бы“. Услышав такой ответ, король облегченно вздохнул, словно человек, у которого стеснило дыхание и он вдруг получил возможность отдышаться. „Это все, что я хотел узнать от вас, — промолвил он. — Но вы ничего от меня не скрыли?“ Он позвал Бриссака, велел увести этого человека и немедля вернуть ему свободу. Этот самый человек много лет назад рассказал эту историю г-ну Жоли де Флери, генеральному прокурору парламента, от которого я и узнал ее».

Тремя годами позже — в 1673 — так же скоропостижно скончался принц Евгений Морис Савойский, муж Олимпии Манчини. В связи с его смертью тоже ходили слухи об отравлении.

Эти смерти так напугали короля, что он, по обычаю древних римлян, даже завел специального слугу-дегустатора и продолжил расследование, которое поручил Габриэлю Николя де ла Рейне — умному, талантливому и весьма образованному человеку. Сын небогатых родителей, де ла Рейне выгодно женился и сделал блестящую карьеру; он проявил себя при разгроме Фронды, был представлен ко двору и вплоть до 1697 года возглавлял созданную Кольбером полицию Парижа. Он прожил жизнь долгую и достойную: ему удалось значительно снизить преступность в Париже и расселить и расчистить «Двор чудес» — самый бедный, грязный и жуткий из кварталов французской столицы, заселенный профессиональными нищими, проститутками, ворами, убийцами. Умер де ла Рейне в 1709 году в Париже. Также он был известен в обществе как библиофил и собиратель старинных рукописей, которые сам реставрировал. «Дело о ядах» стало одним из самых громких и скандальных в его карьере.

Начал он с мелочей: арестовал некую Мадлен Гениво, торговавшую ядами и снадобьями для абортов, вслед на ней — еще несколько «ведьм». Потом раскрыл шайку алхимиков, которые, отчаявшись получить золото, перешли на более прозаические предметы — то есть яды. Де ла Рейне вышел на них в 1677 году через некую Мари Бос, акушерку. Главой их был Франсуа Гало де Шастейль, а его правой рукой — Луи де Ванан. Биография этих людей достойна приключенческого романа: они участвовали в мятежах, побывали в плену у мавров, потом Шастейль постригся в монахи и даже стал настоятелем монастыря. Но воздержание было не для него: он завел себе любовницу, похитив девицу из ближайшей деревни и заперев ее в своей келье. А когда та забеременела, то, недолго думая, удушил бедняжку. Его поймали, когда он пытался зарыть труп, и приговорили к повешенью, но Ванан, возглавлявший вооруженную шайку, отбил его прямо на эшафоте. В благодарность де Шастейль открыл ему тайну получения серебра из ртути, но уже через несколько лет предпринял попытку отравить приятеля, опасаясь, что тот может на него донести.

Их шайка была весьма разветвленной, она включала одного хирурга, одного адвоката, нескольких знахарок, гадалок, акушерок и даже пару священников. Всего по делу проходило 400 человек, из которых было казнено более тридцати.