Всемирная история в сплетнях

После кончины Радегунды в Пуатевинском монастыре многое изменилось. Новая аббатиса по имени Левбовера не обладала ни ее умом, ни характером, ну а к тому же была не очень знатна, и ей было трудно держать в подчинении монахинь королевской крови, ведь те, несмотря на постриг, не забывали о своем происхождении. Примечательно, что у некоторых из них даже имелись слуги!

Одна из таких монахинь-принцесс подняла бунт.

«Душой Хродехильды, возгордившейся оттого, что она дочь покойного короля Хариберта, овладел Диавол, — печально сообщает Григорий Турский. — Кичась своим королевским происхождением, она заставила монахинь поклясться в том, что они, очернив аббатису Левбоверу и выгнав ее из монастыря, поставят ее самое во главе монастыря».

Покинувшая свою келью Базина поддержала ее, и всего на сторону принцесс перешло еще около сорока монахинь. Они ушли из монастыря и направились в Тур к своим «родственникам-королям», чтобы рассказать о своем положении, которое принцессы считали унизительным; по их мнению, с ними обращались так, словно они не дочери королей, а рожденные от ничтожных служанок.

Они шли пешком до самого города, хотя стояла ранняя весна, дороги были труднопроходимы и часто шли дожди. Монахини очень устали и были голодны, но не отступили от цели. Они горели желанием немедленно добиться справедливости.

Епископ Тура Григорий согласился принять разгневанных женщин, и они долго и наперебой говорили: «…они признались, что уже не могли более переносить лишения в пище и одежде и, сверх того, жестокое обращение. Кроме того, они добавили, что в их бане мылись посторонние люди, чему быть не подобает, что сама аббатиса играла в кости и миряне проводили с ней досуг, что, помимо того, в монастыре совершались даже помолвки. К тому же аббатиса безрассудно сшила для своей племянницы платье из шелкового алтарного покрова, а золотые листочки, кои были по краю покрова, она необдуманно отпорола и бесстыдно повесила на шею племянницы».

Хродехильда с Базиной вознамерились тут же отправиться к королю, но добрый Григорий, беспокоясь за их жизнь и здоровье, сумел уговорить изголодавшихся и замерзших беглых монахинь остаться у него до лета, пока минуют холода. «Этот угодный им план был принят», — сообщает он. Лишь с наступлением лета Хродехильда, оставив некоторых монахинь в Туре, отбыла к королю Гунтрамну. Он принял ее очень любезно и даже вручил ей какие-то подарки.

Но когда бунтарка вернулась в Тур, то обнаружила, что многие увлеченные ею монахини, забыв про свои обеты, вышли замуж. Оказывается, они считали, что, покинув стены монастыря, вольны вести себя как пожелают.

Другие посчитали, что жизнь в Туре ничем не лучше той, что была у них в Пуатье, и вернулись в монастырь. Но помириться с Левбоверой пожелали не все! Часть монахинь укрылась в базилике Святого Илария; «к ним присоединились воры, убийцы, прелюбодеи и виновные в различных преступлениях». Монахини стали готовиться к сопротивлению, говоря: «Мы — дочери королей, и мы возвратимся в монастырь не раньше, чем оттуда будет изгнана аббатиса». Вернувшаяся Хродегильда возглавила эту банду.