Всемирная история в сплетнях

«Хродехильда, собравшая около себя, как мы упоминали выше, убийц, злодеев, прелюбодеев, беглых и всякого рода преступников, пребывала в готовности к мятежу, она приказала этим людям ворваться ночью в монастырь и вытащить оттуда аббатису. Услышав, что мятежники подходят, аббатиса, страдавшая подагрой, попросила отнести себя к ларцу со святым крестом, дабы защитить себя им. И когда эти люди ворвались в монастырь, они зажгли свечу и рыскали там с оружием, заглядывая повсюду в поисках аббатисы. Войдя в часовню, они нашли ее лежащей на земле перед ларцом со святым крестом. Тогда один из них, более жестокий, чем остальные, который уже ринулся совершить злодеяние и рассечь аббатису мечом, был поражен ножом другого, как я думаю, силою божественного провидения. И поскольку он лежал на земле, истекая кровью, он не смог осуществить своего низкого замысла».

Верная аббатисе монахиня загасила свечи, чтобы затруднить действия разбойников. Тогда те принялись без разбору хватать сестер, рвать на них одежду, выворачивать им руки и грубо выволакивать из церкви, пока не добрались до несчастной Левбоверы. Ее заперли в какой-то кладовке при церкви (впоследствии она оттуда сбежала) и принялись грабить монастырь. Чтобы грабить было удобнее, бандиты разбили на щепы старую просмоленную бочку, и ее обломки служили им факелами. «…При ярком свете этого огня разграбили все монастырское имущество, оставив лишь то, чего они не могли унести… И кто сможет когда-либо описать все эти беды, все это кровопролитие и все это зло, когда почти не проходило дня без убийства, часа без ссоры, минуты без слез?» — описывает их злодеяния Григорий Турский.

Он и другие епископы потребовали от короля подавить мятеж силой, что и было сделано, причем с присущей тому веку жестокостью: «…воины графа… ринулись… на тех, кто сопротивлялся. Связав, они вытащили их из монастыря, привязали к столбам и подвергли жесточайшему бичеванию; при этом одним они обрезали волосы, другим отрубили руки, а некоторым отрезали уши и носы. После того как мятеж был подавлен, воцарилось спокойствие».

После состоялся суд. Базина, рассорившись с Хродехильдой, то каялась в грехах, то ругала аббатису. А Хродехильда и не думала отступать. Она сообщила епископам прелюбопытнейшие вещи: в монастыре у аббатисы жил мужчина, переодетый в женское платье; в монастырскую баню допускались посторонние, и некоторые монахини оказались беременными.

Григорий Турский:

«Она возвела на аббатису напраслину, злобно обвиняя ее в том, что будто у нее в монастыре находится мужчина, который носит женское платье и считается женщиной, хотя совершенно ясно, что он мужчина, и будто он сам постоянно прислуживает аббатисе; и она указала на него пальцем, говоря: „Вот он“. Когда он предстал перед всеми, как мы сказали, в женской одежде, он сообщил, что лишен мужской силы и потому-то и оделся в это платье».

«Разве есть святость у этой аббатисы, если она делает из мужчин евнухов и приказывает им по обычаю императоров находиться при ней?» — не унималась обвинительница.

Тогда в суд был вызван врач, который некогда оскопил мальчика. Выяснилось, что и его действия были лишены криминала: у ребенка было столь сильное воспаление мошонки, что другого пути спасти ему жизнь он не видел.