Всеобщая история кино. Том 4 (первый полутом). Послевоенные годы в странах Европы 1919-1929

Справедливости ради следует сказать, что в первые послереволюционные годы пропагандисты, стремясь добиться более действенных результатов при контакте с массами, использовали «эксцентрические» формы агитации, заимствованные у цирка, мюзик-холла, карнавала и т. д. Хорошим кинематографическим примером может служить фильм Ольги Преображенской «Последний аттракцион» (1929). В основу фильма положен сценарий Виктора Шкловского по мотивам рассказа Мариэтты Шагинян об одном эпизоде гражданской войны на Кавказе. Картина получилась достаточно слабой, но в ее сюжете использована действительно достоверная ситуация: «По фронтовым дорогам кочует цирковой балаган. Его артисты дают представления и для белых и для красных: директор цирка считает его «нейтральным коллективом». Случай сталкивает цирк с агитатором политотдела одной из красноармейских частей Кураповым, который решает приспособить цирковой балаган для агитации и пропаганды. Он объявляет цирк реквизированным, а артистов передает в подчинение политотделу воинской части. На бортах фургонов появляются пропагандистские плакаты, на которых красные рубят белых и капиталистов. Цирк показывает наивную пантомиму, где клоун, с животом, превращенным в денежный мешок, с цилиндром на голове, стоит, окруженный со всех сторон паутиной. Его убивает крестьянин (акробат), вооруженный огромным серпом, и рабочий (силач) с таким же огромным молотом в руке. На одном из участков фронта балаган, превратившийся в агитфургон, попадает к белым, которые расстреливают Курапова, а артистов заставляют дать представление. Канатоходцу удается бежать. Разыскав отряд красноармейцев, он участвует в разгроме белогвардейских банд».

В октябре 1924 года, когда Козинцев и Трауберг заканчивали монтаж «Октябрины», Ленинград пережил наводнение. Около тысячи людей нашли приют в студийном павильоне. Чтобы развлечь их, молодые кинематографисты устроили для них концерт самодеятельности, который сами и поставили. Некоторые из непрофессиональных актеров — участников концерта позже учились на «Фабрике эксцентрического актера». Среди них были Петр Соболевский и Сергей Герасимов. Они обратили на себя внимание своим незаурядным дарованием, а Герасимов получил большую роль в короткометражном фильме «Мишки против Юденича» (1925). Об этом фильме, не сохранившемся до наших дней, историк кино Н. Лебедев пишет:

«Это был непрерывный ряд эксцентрических трюков и цирковых номеров. Но действие происходило не на крыше трамвайного вагона или куполе собора, а в штабе Юденича, чьи войска угрожали Петрограду в 1919 году».

И Соболевский и Герасимов были исполнителями главных ролей в фильме «Чертово колесо» («Моряк с «Авроры»), завершенном в 1926 году.

Этот первый полнометражный фильм Козинцева и Трауберга был поставлен по повести В. Каверина «Конец хазы» (хазами в эпоху нэпа назывались дома в Ленинграде, где скрывались уголовники). Снятый как приключенческий, этот фильм был ближе к «Тайнам Нью-Йорка», нежели к «Лучу смерти». Вот коротко содержание фильма:

«Молодой моряк с «Авроры» Ваня Шорин (П. Соболевский) отправляется в увольнительную и знакомится в парке с девушкой Валей (Л. Семенова). Увлекшись друг другом, они забывают о времени, о том, что истекает срок возвращения Шорина на корабль. Случайно они встречают главаря одной из банд (С. Герасимов), выступающего на эстраде парка как «человек-вопрос». Он приводит влюбленных в воровскую хазу, где вся шайка, угрожая расправой, заставляет молодую пару принять участие в бандитском налете. Но моряк находит в себе мужество порвать с бандой и возвращается на корабль. Милиция устраивает облаву у воровского притона, и в завязавшейся перестрелке гибнет «человек-вопрос».

В этот традиционный и почти коммерческий по сравнению с «Октябриной» фильм молодые режиссеры вводят многочисленные элементы эксцентрики, и прежде всего — дорогой их сердцу парк аттракционов, с его железной дорогой, туннелем любви и чертовым колесом, сбрасывающим с себя своих пассажиров благодаря центробежной силе (такое колесо существует и во Франции, где его называют «тарелкой с маслом»). На одном из планов мы видим моряка с «Авроры», безуспешно пытающегося удержать стрелку гигантских часов. Сцена опьянения показывалась «от первого лица», а партия в бильярд была решена на крупных планах. Хозяин логова преступников — верзила; вокруг него — человек с большим животом, больной водянкой; живой скелет; карлик с колоссальной головой; хромые, слепые — словом, всевозможные монстры. Декорации Е. Енея и операторская работа А. Москвина были поистине замечательными. Но персонажам этого фильма не хватало искренности.