Читаем Всё ещё неизвестная Вселенная. Мысли о физике, искусстве и кризисе науке полностью

Одно из направлений возникло в рамках хаотической теории инфляции, разработанной Андреем Линде. Инфляцией называется экспоненциально быстрое расширение Вселенной на ранней стадии ее существования, подобное росту суммы денег на банковском счете при условии начисления 100 % дохода каждые 10–38

с[77]
. Современная наука считает, что такой экспоненциальный рост предшествовал более стабильной поздней стадии расширения Вселенной. Согласно первоначальной идее Алана Гута (которая до сих пор используется в большинстве расчетов), инфляция должна была происходить равномерно во всем пространстве. Однако ни одна теория не описывает подобную однородность. Кажется более естественным предположить, что на очень больших масштабах Вселенная, пронизанная бурно флуктуирующими полями, хаотична и что только по чистой случайности в некоторых областях пространства время от времени возникают условия, позволяющие им экспоненциально расширяться. В редких случаях такие области вырастают в нечто, составляющее нашу Вселенную, в которой возможно существование жизни.

Еще одна гипотеза о Мультивселенной пришла из квантовой механики — математической основы для всех областей физики. Самой большой странностью квантовой механики является так называемая суперпозиция состояний. Иногда (а точнее, почти всегда) частица не занимает какое-то конкретное положение в пространстве, а находится в суперпозиции, и тогда измерение положения частицы может дать любой из возможных результатов с той или иной вероятностью, в зависимости от природы суперпозиции. В принципе, как заметил в свое время Эрвин Шрёдингер, даже кот может быть в суперпозиции состояний, в одном из которых он жив, а в другом — мертв. Аналогично все мироздание может находиться в суперпозиции множества различных состояний, в которых физические константы, такие как масса кварков, принимают самые разные значения, и лишь малая доля этих состояний обеспечивает условия для возникновения жизни.

Все это лишь умозрительные гипотезы, но они не уникальны. Эти теории широко обсуждаются физиками. Хокинг занял несколько необычную позицию, выдвинув предположение о том, что Мультивселенная образовалась в результате квантово-механической суперпозиции состояний, поскольку на самой ранней стадии формирования Вселенной все ее четыре измерения были пространственными, а времени не существовало. Я даже не буду пытаться объяснять, как это устроено, поскольку не считаю эту гипотезу убедительной. Действительно, Хокинг показал, что для удобства вычислений при анализе процессов в ранней Вселенной можно математически преобразовать временное измерение в пространственное. Однако это не означает, что в ранней Вселенной время на самом деле было пространством. В 1950-х гг. другие теоретики, среди которых был Джулиан Швингер, рассчитали тонкие эффекты атомной физики и физики частиц, используя такое преобразование временно́го измерения в пространственное, однако полезность этого математического приема не изменяет того факта, что сегодня мы живем в мире, имеющем три пространственных измерения и одно временное.

В последние годы гипотеза Мультивселенной получила широкую поддержку благодаря развитию так называемой теории струн. Теперь принято считать, что все известные варианты теории струн и множества других теорий представляют собой приближенные решения некоторой неизвестной фундаментальной теории, которую Хокинг называет М-теорией. Эти приближенные решения описывают разные наборы частиц или полей или мембраны в пространственно-временных системах различных размерностей, характеризующихся разным набором фундаментальных физических констант. Предположительно эти многочисленные решения М-теории, реализуются в разных частях Мультивселенной.

Хокингу удается создать видимость, что эта фундаментальная теория понятнее, чем есть на самом деле, когда говорит, что она описывает 11-мерное пространство-время. Термин «М-теория» был предложен Эдвардом Виттеном в 1995 г. (Виттен никогда не утруждался объяснениями, что означает буква М.) М-теория Виттена действительно представляет собой 11-мерную теорию частиц и мембран, однако эта теория была предложена только как одно из множества приближенных решений неизвестной фундаментальной теории, но не как сама фундаментальная теория. У нас нет понимания, какой размерности должна быть эта основополагающая теория. Многие теоретики считают, что это не теория пространства-времени, а что сами пространство и время возникают только как приближенные решения фундаментальной теории.

Перейти на страницу:

Все книги серии Книжные проекты Дмитрия Зимина

Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука
Скептик. Рациональный взгляд на мир
Скептик. Рациональный взгляд на мир

Идея писать о науке для широкой публики возникла у Шермера после прочтения статей эволюционного биолога и палеонтолога Стивена Гулда, который считал, что «захватывающая действительность природы не должна исключаться из сферы литературных усилий».В книге 75 увлекательных и остроумных статей, из которых читатель узнает о проницательности Дарвина, о том, чем голые факты отличаются от научных, о том, почему высадка американцев на Луну все-таки состоялась, отчего умные люди верят в глупости и даже образование их не спасает, и почему вода из-под крана ничуть не хуже той, что в бутылках.Наука, скептицизм, инопланетяне и НЛО, альтернативная медицина, человеческая природа и эволюция – это далеко не весь перечень тем, о которых написал главный американский скептик. Майкл Шермер призывает читателя сохранять рациональный взгляд на мир, учит анализировать факты и скептически относиться ко всему, что кажется очевидным.

Майкл Брант Шермер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов

Эта книга — воспоминания о более чем двадцати годах знакомства известного приматолога Роберта Сапольски с Восточной Африкой. Будучи совсем еще молодым ученым, автор впервые приехал в заповедник в Кении с намерением проверить на диких павианах свои догадки о природе стресса у людей, что не удивительно, учитывая, насколько похожи приматы на людей в своих биологических и психологических реакциях. Собственно, и себя самого Сапольски не отделяет от своих подопечных — подопытных животных, что очевидно уже из названия книги. И это придает повествованию особое обаяние и мощь. Вместе с автором, давшим своим любимцам библейские имена, мы узнаем об их жизни, страданиях, любви, соперничестве, борьбе за власть, болезнях и смерти. Не менее яркие персонажи книги — местные жители: фермеры, егеря, мелкие начальники и простые работяги. За два десятилетия в Африке Сапольски переживает и собственные опасные приключения, и трагедии друзей, и смены политических режимов — и пишет об этом так, что чувствуешь себя почти участником событий.

Роберт Сапольски

Биографии и Мемуары / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука

Похожие книги

Абсолютный минимум
Абсолютный минимум

Физика — это сложнейшая, комплексная наука, она насколько сложна, настолько и увлекательна. Если отбросить математическую составляющую, физика сразу становится доступной любому человеку, обладающему любопытством и воображением. Мы легко поймём концепцию теории гравитации, обойдясь без сложных математических уравнений. Поэтому всем, кто задумывается о том, что делает ягоды черники синими, а клубники — красными; кто сомневается, что звук распространяется в виде волн; кто интересуется, почему поведение света так отличается от любого другого явления во Вселенной, нужно понять, что всё дело — в квантовой физике. Эта книга представляет (и демистифицирует) для обычных людей волшебный мир квантовой науки, как ни одна другая книга. Она рассказывает о базовых научных понятиях, от световых частиц до состояний материи и причинах негативного влияния парниковых газов, раскрывая каждую тему без использования специфической научной терминологии — примерами из обычной повседневной жизни. Безусловно, книга по квантовой физике не может обойтись без минимального набора формул и уравнений, но это необходимый минимум, понятный большинству читателей. По мнению автора, книга, популяризирующая науку, должна быть доступной, но не опускаться до уровня читателя, а поднимать и развивать его интеллект и общий культурный уровень. Написанная в лучших традициях Стивена Хокинга и Льюиса Томаса, книга популяризирует увлекательные открытия из области квантовой физики и химии, сочетая представления и суждения современных учёных с яркими и наглядными примерами из повседневной жизни.

Майкл Файер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Физика / Научпоп / Образование и наука / Документальное